Кости зверя

На крыльце стоял человек в синей форменной шинели – той самой, в какой я увидела его в первый раз, – но вместо двух серебряных полосок на лацканах теперь красовались серебряный орел и значок, свидетельствующий о том, что перед нами комиссар полиции Нью-Фидлема.

– Марлоу, – сказал Джекаби.

– Джекаби, – кивнул Марлоу.

– Доброе утро, комиссар, – поздоровалась я. – Неплохо выглядите. Как вам новое назначение?

– Я всего лишь исполняющий обязанности комиссара, мисс Рук, – вздохнул Марлоу. – И то громко сказано.

Единственное, чем я занимался весь прошедший месяц, – это продирался через бюрократические препоны и спорил с политиками.

– Ну что ж, здесь у нас нет ни бюрократов, ни политиков, – уверила я его. – Джекаби предусмотрел защиту от подобных напастей. Соль и пучки свежего шалфея, по-моему. Не хотите зайти? Я поставлю чайник.

Комиссар покачал головой.

– Спасибо, но я здесь по полицейским делам.

– И что же это за дела, требующие личного визита исполняющего обязанности комиссара полиции Нью-Фидлема? – спросил Джекаби.

– Боюсь, весьма тревожные, касающиеся личной знакомой мэра. Насколько я понимаю, вы встречались с Флоренс Бомон?

– Так вот оно что, – поднял брови Джекаби. – Можете уверить женщину, что мисс Непоседа и ее котята в надежных руках. Более того, мы сами сообщим ей об этом, потому что собираемся снова посетить Кэмпбелл-стрит. Как выяснилось, нам еще есть о чем поговорить с миссис Бомон.

– Неужели? – проворчал Марлоу. Веки комиссара отяжелели, но, как я заметила, он не сводил пристального взгляда с моего начальника.

 – Тогда вам придется позвать медиума. Если только вы сами в ближайшее время не собираетесь общаться с мертвыми.

У меня перехватило дыхание.

– Вообще-то мне приходится заниматься этим довольно часто, – ответил Джекаби, совершенно не обращая внимания на истинный смысл слов Марлоу. – Например, сегодня целое утро я выслушивал упреки одной скончавшейся особы по поводу ее испорченной посуды. Но если вы имеете в виду спиритизм, то я никогда не утруждал себя подобной ерундой.

Держаться за руки, смотреть на мерцающие свечи – все это чушь.

– Мистер Джекаби… – начала я.

– Хотя однажды мне сказали, что я выгляжу довольно эффектно в небрежно накинутом на голову тюрбане.

– Мистер Джекаби, – повторила я, – он хочет сказать, что миссис Бомон… – Я сглотнула.

– Мертва, – кивнул Марлоу.

Джекаби выпрямился и нахмурился. В его холодных глазах наконец-то отразилась мрачная озабоченность.