Власть меча

Только Шаса успевал за генералом; и когда остальные снова увидели эту пару, те уже стояли на краю узкой скалистой лощины, чье дно ковром покрывала яркая зеленая трава.

– Пришли! Первый, кто найдет дизу, получит шестипенсовик! – предложил генерал Смэтс.

Шаса первым ринулся вниз по крутому склону лощины, и, прежде чем остальные успели одолеть половину пути, он уже взволнованно закричал:

– Я нашел одну! Шестипенсовик мой!

Все наконец добрались до дна, и на краю болотистого участка встали в почтительный круг у изящной орхидеи на длинном стебле.

Генерал молитвенно опустился перед ней на одно колено.

– Это действительно синяя диза, один из самых редких цветов на нашей земле!

Цветки, венчавшие стебель, имели изумительный лазурный цвет, а по форме напоминали голову дракона, их разинутые зевы были очерчены императорским пурпуром и масляно-желтым.

– Они растут только здесь, на Столовой горе, и больше нигде в мире!

Генерал посмотрел на Шасу:

– Хочешь в этом году поднести ее дедушке, молодой человек?

Шаса шагнул вперед, чтобы с важным видом сорвать дикую орхидею и протянуть ее сэру Гарри.

Эта маленькая церемония с синей дизой являлась традиционной частью празднования дня рождения, и все засмеялись и зааплодировали.

С гордостью глядя на сына, Сантэн мысленно вернулась ко дню его собственного дня рождения, к тому дню, когда старый бушмен нарек его «Шаса, Хорошая Вода» и танцевал в его честь в священной долине в глубине пустыни Калахари.

Она помнила песню, которую сочинил и спел старик, и язык бушменов снова защелкал и зашелестел в ее голове, такой незабываемый, такой любимый…

Его стрелы долетят до звезд,

А когда люди будут произносить его имя,

Он услышит их издали…

Так пел старый бушмен.

И он найдет хорошую воду,

Куда бы ни отправился, он найдет хорошую воду…

Сантэн снова мысленно увидела его, лицо давно ушедшего старого бушмена, невероятно сморщенное, но все равно сияющее изумительным абрикосовым цветом, и она тихо-тихо прошептала на языке бушменов:

– Пусть так и будет, старый дед.

Пусть так и будет.

На обратном пути они все втиснулись в «даймлер», и Анна сидела на коленях сэра Гарри, скрывая его под своим пышным телом.