Власть меча

Она поднялась из-за письменного стола и через дверь с матовым стеклом вышла на балкон вагона, где горячий ветер пустыни обрушился на нее и прижал юбку к узким мальчишеским бедрам. Сантэн подняла лицо к солнцу и позволила ветру трепать свои короткие вьющиеся волосы.

– Который час? – спросила она, закрыв глаза.

Шаса, вышедший следом за ней, прислонился к поручням балкона и посмотрел на свои часы.

– Мы должны пересечь Оранжевую реку в ближайшие десять минут, если машинист придерживается расписания.

– Я никогда не чувствую себя дома, пока не перебираюсь через Оранжевую…

Сантэн подошла к сыну и взяла его под руку.

Оранжевая река являла собой западный водораздел южной части Африканского континента; она брала начало высоко в горах Басутоленда и бежала на протяжении четырнадцати сотен миль через травянистый вельд и дикие ущелья. И если в одни сезоны она была чистым, прозрачным, неторопливым ручьем, то в другие – грохочущим коричневым потоком, несущим вниз жирный шоколадный ил, поэтому кое-кто называл ее южным Нилом.

И она являлась границей между мысом Доброй Надежды и бывшей немецкой колонией в Юго-Западной Африке.

Локомотив свистнул, сцепления дернулись, когда заскрипели тормоза.

– Снижаем ход перед мостом, – оживился мальчик.

Шаса перегнулся через перила балкона, и Сантэн тут же закусила губу, сдерживая готовое вырваться предостережение.

– Прошу прощения, но вы не можете нянчиться с ним вечно, миссус, – посоветовал ей Джок Мёрфи. – Он уже мужчина, а мужчина не упускает своих шансов.

Рельсы повернули к реке, и они увидели «даймлер», ехавший следом за локомотивом. Это была новая машина, Сантэн меняла их каждый год. Однако и эта тоже была желтой, как все остальные, только с черным капотом и с черными обводами дверей. Поездка по железной дороге в Виндхук избавила их от утомительного пути через пустыню, но к самому руднику железная дорога не подходила.

– Вон он! – крикнул Шаса. – Вон мост!

Стальные конструкции моста, тянувшиеся от одной бетонной опоры к другой на полмили над речным руслом, выглядели легкими и невесомыми.

Ровный стук колес над шпалами изменился, когда поезд покатил по пролетам, и стальные перекладины под ними зазвенели, словно оркестр.

– Алмазная река, – пробормотала Сантэн, наклоняясь рядом с Шасой и всматриваясь в кофейно-коричневые воды, что бурлили под опорами моста внизу.

– Откуда вообще в ней берутся алмазы? – спросил Шаса.

Конечно, он знал ответ, но ему нравилось слушать объяснения матери.