Дом в Порубежье

Медленно я пронзал их в своем полете, и вот, наконец, подо мной распростерлась равнина, которую видел я из своего дома, стоящего на границе с Молчаньем.

Наконец я опустился на самую почву и встал одинокий посреди пустыни. Мрачен был свет над нею, вселявший в душу немыслимую тоску.

Вдали в правой части неба багровело кольцо темно-красного пламени, от внешней окружности его исходили огромные языки… извивавшиеся, трепетавшие, протягивавшиеся во все стороны. Внутри кольца была чернота, как в той вечной ночи, что окружала меня.

Солнце ночи – решил я – и светит под стать своему имени.

Оторвав свой взор от странного светила, я обратился к окрестностям. Но повсюду – куда ни глянь – лежала та же безграничная и плоская равнина; нигде на ней не различал я признаков жизни, даже былой – хотя бы позабытых руин древнего поселения.

Постепенно я заметил, что меня несет над этой ровной пустыней. Целую вечность, должно быть, я устремлялся вперед, не чувствуя нетерпения: любопытство и изумление не покидали меня.

Но вокруг оставалась та же равнина; я все время старался заметить хоть что-нибудь способное нарушить ее однообразие… но не было перемен – только одиночество, безмолвие и пустыня внизу подо мной.

Наконец, почти неосознанно, я заметил вдали клубы какого-то тумана над ее поверхностью, не осознавая еще – не облака ли предстают передо мною, ибо туман сливался с равниной, придавая ей особую неправдоподобность, делая нематериальной.

Однообразие уже начинало меня утомлять.

Но не скоро я увидел вдали первые признаки места, к которому меня уносило.

Сперва впереди на поверхности равнины показался как бы маленький пригорок. И лишь подлетев поближе, я понял: не холмик передо мной, но могучий горный хребет, чьи великие пики рвались ввысь, растворяясь в кровавом мраке.

Глава III

Дом на Арене

Долго я приближался к этим горам. Тут направление моего путешествия изменилось – меня понесло вдоль их подножья и наконец как бы вдруг я очутился перед огромным ущельем, уходящим в глубь гор, и устремился по нему с тою же скоростью.

С обеих сторон ступенями вздымались вверх крутые стены – словно бы каменные. Далеко впереди под неприступными пиками тонкой ленточкой алел выход из ущелья. Но я продвигался вперед, и наконец ущелье закончилось, выпустив меня в глубокий багрянец.

Налетали минуты и отлетали… и вот передо мной уже открылся просторный амфитеатр, раскинувшийся среди гор.