Сказание о Доме Вольфингов

    Юрий Соколов

Сказание о Доме Вольфингов и всех родах Марки, написанное в стихах и прозе

Подчас на пороге новой зимы сквозь слякотный полумрак

Проступит вдруг дом, где жили мы

Многие годы назад. И так

Сияет его свеча, так манит к себе окно,

Что хочешь войти, поддавшись на зов,

И знаешь – не суждено

Воскреснуть песне прежних годов, песне твоих отцов.

И пусть за собой увлекает нас мир,

Но вечером бурного дня

Вдруг явит тебе он негаданный пир,

Отблеск былого огня.

Из дальних далей, куда не дойти,

Зовет этот слабый свет.

И ищешь тогда былые пути,

Алчешь сладостной горечи лет.

Глава I

Жизнь в сердце Порубежья

Рассказывают, что во времена давние некое селение располагалось на краю Великого Леса. Перед ним простиралась равнина – не столь уж просторная, скорее казавшаяся островком посреди моря деревьев. Ибо человек, стоявший в этом краю на ровной земле, повсюду видел лес – если только рядом не поднималась гора; а таких было, как бы сказать, немного: только плавные бугры возмущали поверхность тверди – как водовороты вздымают иногда зеркало вод быстрого и глубокого потока.

По обе руки – и вправо и влево – в синей дали растворялся лес, густой, частый и обширный, чащу и равнину пересекала река, почти столь же широкая как Темза у Шийны в высокую воду, однако, быстрая и обильная водоворотами, что свидетельствовало о близости гор, прячущихся за лесом. Широкие берега этой реки усеивали камни, крупные и мелкие; за ними откос поднимался ступенькой на несколько футов, отмечая тем самым уровень ежегодного зимнего половодья.

Следует знать, что огромная поляна посреди дебрей возникла не сама собой, хотя река проторила дорогу, позволявшую людям путешествовать по обе стороны торопливого потока. Сей остров в лесном краю был создан руками людей.

Многие поколения обитателей здешних мест учились умению делать железо, и теперь они не испытывали недостатка в предметах, выкованных из стали, будь то инструмент мастера или оружие, предназначенное для войны и охоты.

Люди племени, спустившиеся вдоль реки, расчистили эту поляну. Повесть не сказывает, откуда явились они – должно быть, из какой-нибудь долины в дальних горах, или из ущелий, заключенных среди гор еще более удаленных, а может, и мест вовсе неведомых.

Как бы то ни было, они спустились сюда вдоль реки – на плотах, несомых ее течением, в повозках, влекомых лошадьми или иным скотом, или же пришли пешком.