Непристойные предложения

Этого более чем достаточно, подумал Мэншип. Не было больше никакой надежды, что он сможет выработать какой-либо метод общения с этими существами и хорошенько поговорит с ними по душам о том, как ему добраться домой. А ведь это решение могло бы удовлетворить всех. Теперь здешним лозунгом будет Поймать этого Мэншипа!

И ему это совсем не нравилось.

С другой стороны, ему не нужно было искать Рабда. Если Мэншип не идет к флефнобу, флефноб придет к Мэншипу. Правда, тяжеловооруженный и готовый к убийству…

Он решил, что сейчас лучше всего спрятаться.

Он вышел из здания и пошел вдоль стены, пока не открылась очередная дверь. Мэншип зашел внутрь, убедился, что дверь закрылась за ним, потом осмотрелся.

К его облегчению, это место казалось отличным укрытием. По центру стояло множество больших тяжелых объектов, ни один из которых, насколько можно было судить, не казался живым, и каждый из них был, к его радости, непрозрачным. Он протиснулся между двумя такими объектами, которые смотрелись как размещенные на складе столешницы, и страстно пожелал, чтобы поблизости не оказалось каких-либо датчиков флефнобов или механизмов обнаружения, подобных тому, с которым он уже столкнулся.

Чего бы только он сейчас ни отдал, чтобы снова оказаться доцентом в Университете Келли, а не плоскоглазым монстром, не по своей воле шастающим по инопланетному мегаполису в надежде чем-нибудь поживиться!

Он никак не мог выбросить из головы мысль о тех странных способностях, которыми должен был обладать.

Что это за ерунда о высокочастотном ментальном луче, исходящем из его глаз? Он не заметил, чтобы что-то там излучалось, а ведь должен был заметить в первую очередь. Однако Лирлд, прежде чем раствориться, обратил внимание на воздействие этого излучения.

Возможно, это какой-то побочный продукт активности человеческого головного мозга, который был ощутим только флефнобами и причинял вред только им?

В конце концов, он же может слышать мысли флефнобов, а они не способны слышать его.

Вероятно, единственный способ, которым он мог показать им свои умственные способности, это сильнейший удар мысли, который буквально разрывал их на куски.

Однако очевидно, что он не мог включать и выключить эти способности по собственной воле, ведь он не смог хоть как-то помешать Лирлду, когда тот выстрелил в первый раз.

Внезапно его настигли целые потоки новых, возбужденных мыслей. Они возникали где-то совсем рядом, снаружи.

Пришел Рабд со своим отрядом.