Вот идет цивилизация

Шеллингер тронулся с места, окинув девочку быстрым взглядом. Ее изношенные синие джинсы промокли до нитки. Ей, должно быть, было очень холодно и неловко, однако она ему об этом ни за что не скажет. Она ни словом не обмолвится о своих проблемах – настоящий маленький стоик, как, впрочем, и все деревенские жители.

Но прежде всего, она была напугана. Она сидела, сжавшись в комок, сложив руки на коленях, как можно дальше отодвинувшись от него, практически прижавшись к двери.

– Далеко ли до твоего дома? – спросил он как можно мягче.

– Примерно полторы мили. Но в ту сторону. – Она ткнула пухленьким большим пальцем себе за спину. Что за пышечка! По сравнению с тощими деревенскими детьми испольщиков ее тело действительно было кровь с молоком. К тому же, повзрослев, она станет просто красавицей, если к тому времени какой-нибудь необразованный увалень не возьмет ее в жены и не сгубит тяжелой работой, закрыв от всего света в убогой лачуге.

Вздохнув с сожалением, в несколько движений он развернул машину и поехал в обратную сторону. Разумеется, охотников ему не нагнать, но нельзя же тащить впечатлительного ребенка с собой, приобщая к мрачной суеверной бессмыслице нелепых ритуалов местной деревенщины. Наверное, ее нужно отвезти домой. К тому же вряд ли он вытянет что-нибудь путное из молчаливых фермеров, бредущих по окрестностям с заостренными копьями и автоматическими винтовками, заряженными серебряными пулями.

– Что выращивают твои родители, табак или хлопок?

– Они пока ничего не посадили. Мы лишь недавно сюда переехали.

Ага. Так вот почему у нее не было акцента, характерного для этой гористой местности. И к тому же в ней действительно чувствовалось достоинство, не свойственное большинству детей, которых он встретил в этих местах.

– А не поздновато ли для вечерней прогулки? Твои родные что, ничуть не переживают из-за этого вампира, который блуждает по окрестностям?

Девочка еще сильнее сжалась в ком, сделавшись едва заметной в своем кресле.

– Я… Я ведь осторожно, – пролепетала она.

«Вот оно! – подумал Шеллингер. – Вот освещение события глазами маленькой девочки. Именно об этой сентиментальности и блеял Рэндал.