Попаданка для нага, или Я ненавижу змей!

Внимательный, пристальный, и какой-то задумчивый.

Я тоже почему-то не смогла сразу оторвать от него взгляд, утонув в его бездонных синих глаза. По телу побежали мурашки, в груди разлилась теплота, а сердце вдруг начало биться в два раза быстрей.

Наваждение какое-то!

Встряхнув головой, пробормотала слова извинения, зачем-то схватила со столика стакан с недопитым лимонадом, и уставилась в иллюминатор. Эбрет же, кашлянув, встал с места и зачем-то пошел в сторону кабины пилотов.

Ну и что это сейчас было? Чего я на него так уставилась? Сама же решила, не время и не место для интрижек.

Тем более с кем! Он ведь даже не человек!

Если честно, стала об этом забывать. В моем присутствии Эбрет так и ходил в человеческом обличье. Может, стеснялся при мне превращаться, а может, боялся напугать. Хотя, казалось бы, чего пугаться? Вон их, полный салон этих зме… нагов, и ничего ведь, даже не возникает желания сбежать отсюда как можно дальше. Привыкла, что ли?

Скосив глаза, посмотрела через проход на соседа, длинный хвост которого, покрытый красноватой чешуей, вылез за пределы сидения и извивался, как живой.

Я нервно сглотнула. Пожалуй, поторопилась я с выводами. Всё же ещё боюсь их, хоть уже и не так сильно.

Глава 14

Дирижабль завис в нескольких метрах от посадочной площадки, и стюарды тут же спустили трап. Рядом высилась здоровенная конструкция причальной мачты, освещённая посадочными огнями, а неподалеку выстроился ряд экипажей и паромобилей, готовых предложить услуги по перевозке.

Вместе с нами дирижабль покинули чуть меньше половины пассажиров, остальные же, после дозаправки газовых резервуаров, полетят дальше, на восток, где Халессия граничит с королевством гномов Аркон. Оттуда на запад до людского Дантри, и через него в Гриабург, а потом, завершив круг, дирижабль вернётся в страну нагов. Нам же предстоит дорога в Лиму, откуда, переночевав, мы отправимся дальше по запланированному пути.

Мы проигнорировали наемный транспорт.

Получив назад хорсов, оседлали их, навесили поклажу, и поскакали к городу, до которого от «аэродрома» дирижаблей был всего час езды верхом по широкой, утрамбованной мелкой щебенкой дороге. Эбрет наколдовал впереди себя шар света, и сгущающиеся сумерки отступили. Ветерок вел себя прилично, и поначалу почти не своевольничал. Разве что один раз рванул в кусты за какой-то зверушкой, показавшейся ему аппетитной. Но, получив толстый ломоть мясного хлеба, успокоился.