Белая птица

Да, изображать идиотку было непросто, девять лет. Девять лет, начиная со смерти родителей, не имея возможности расслабиться ни на секунду, постоянно в окружении «милых подружек» и верных князю людей. Уничтожив тогда всех, он не оставил никого, кто мог бы засомневаться в неясной голове юной княжны и в трагической истории падения с чердака.

Через несколько лет, обжившись со своей ролью и перестав плакать ночами, меня стало очень беспокоить прервавшееся образование, но и тут я нашла некий выход. Умея насылать глубокий сон на слабые души, я выскальзывала из спальни и, прокравшись в библиотеку, набирала там разнообразные ученые тома.

Папа был… папа был очень умным, образованным человеком и сумел собрать прекрасную коллекцию из лучших учебников и романов нашего времени. Это сильно меня выручало и помогало не сойти с ума. А днем они служили якобы трамплином для игрушек или стенами домов для ручной мышки и никто не мог заподозрить бедняжку княжну в умении читать или считать. На то, что книги время от времени менялись, прислужницы не обращали внимания.

– Ты согласен или нет? – наконец сурово спросила я в тишине у зверя. – С тобой или без тебя, у меня нет выхода.

Волк еще недолго поизучал сведенные брови, умные глаза девушки и все же кивнул.

– Буду ждать тебя за самой высокой сосной, у кромки леса, ты увидишь.

Я поднялась, отряхивая прилипший снег с колен.

– Сейчас я с решеткой не справлюсь, на нее наложено заклинание против побега, но завтра, пока вы будете в упряжке, появится шанс.

Надеюсь, ты не обманешь.

Вопрос доверия за последние 10 лет стал довольно больным, я уже забыла это чувство.

Чужеземец больше не подавал никаких знаков, просто внимательно смотрел на меня, и я, накинув капюшон обратно, пошла по своим следам в замок. Легкие снежинки проносились мимо лица, начинался снегопад.

Глава 2

Я стояла в одиночестве возле зеркала и рассматривала свое отражение – меня уже нарядили к венчанию. Черные волосы, как воронье крыло, заплели в тяжелые косы и закрепили шпильками с жемчугом вокруг головы.

Такие же черные брови смазали маслом и уложили ровной щеточкой, чтобы те блестели под свечами в церкви. Глаза у меня были серые, как «зимнее море», так мне говорили в детстве. И специально под них платье сшили из серебристо-серой неповоротливой ткани, расшитой камнями, кристаллами и тончайшей вышивкой из серебряной шелковой нити. На создание подобного богатства требовалось немало времени.