Моя стажировка в Аду

 – Человеческий мир, он такой…

Следующие несколько часов пролетели незаметно. Мы много смеялись, буквально до изнеможения и болтали обо всем. Я старалась правильно запомнить имена, поначалу связывая их с особенностями внешности девушек.

Например, у Акеми были аккуратные закрученные рожки, как у барашка и черные крупные локоны. У Иоши напротив, волосы прохладно серые, но когти, как у гарпии. А больше всех задающая вопросы Кейко, выделялась огненно-красной шевелюрой в мелких колечках и когда я восхитилась ее волосами, она сразу подпрыгнула с возгласом:

– Давай и тебя покрасим!

– Что? – отшатнулась я.

– Это очень стойкая краска, ее делают прямо в аду из… из какого-то растения, все время забываю его название. Тебе понравится! Давай, Инес!

– Нет-нет-нет! – замахала я руками. – Это исключено… если… если, только одну прядь?

«Что на меня нашло?»

– Ага! – засмеялась Кейко, вскакивая с места и устремляясь за всем необходимым.

Вот так я оказалась сидя перед зеркалом в накинутой на плечи ткани, в то время как прекрасная гейша намазывала жгучей смесью мне довольно широкую прядь около лица.

Но этим все не ограничилось.

– А где твой значок? Ты ведь первый помощник Главы, – поинтересовалась Маика, смотря на мое отражение в зеркале.

– В кармане, а что? – выглянула я из-под махрового полотенца.

– Пфф, это же не интересно! Постой, я сейчас приду! – мелодично пропела девушка и ускользнула из комнаты.

Значок представлял собой череп из черненого серебра, заключенный в овал с незнакомыми мне символами и удостоверяющий мои полномочия.

Вскоре Маика вернулась и, забрав у меня череп, ловко прикрепила его на зажим для сережки.

– Вот. Носи, – протянула она мне его обратно, улыбаясь словно нимфа (я не преувеличиваю, губы Маики были изумительно зеленого цвета, от природы).

– Спасибо, – тепло сказала я и склонив голову вдела гвоздик в мочку уха.

«Ой, больно, давно не носила сережки».

А потом посмотрела в зеркало и удивленно раскрыла глаза:

– Мамочки…

В зеркальной поверхности отражалась совсем не я. Мне успели расчесать волосы, сделав косой пробор, от чего длинная алая прядь теперь вызывающее обрамляла лицо, густо подвели глаза, сделав их еще ярче, а с левой стороны, под ухом, сверкал пустыми глазницами чернеющий Роджер.

– Ну, как? – с лицом проказницы спросила Кейко, склоняясь ко мне.