Плюшевая девочка

Он написал, что я самая красивая.

Самая красивая.

Я долго смаковала это слово.

Надо было поблагодарить, но я подумала, что он так пишет и всем остальным. Я ему так и сказала об этом, а он практически рассердился. Он сказал, что это серьезно.

Неужели мне нечем было заняться, кроме как бесконечно проверять, что там мне написали, если написали? Очевидно нечем. Так что я продолжила свое занятие и решила, что точно приду в себя.

Уже совсем скоро, дайте мне еще пару минут.

IX

Дай я тебя понюхаю, Цыпа.

Цыпа, моя Цыпа.

Цыпленочек. Цыпа-озорница. Ты птичка, у которой много имен. Цыпа со мной с самых моих первых дней.

Засыпая, я сжимала в кулаке ее шею. Я не могла заснуть без Цыпы, поэтому у мамы были проблемы в случае, если та исчезала. Ее отсутствие вызывало страшную истерику. Так мне рассказывали позднее и этому вполне можно верить.

Я слышала, как Цыпа после длительных поисков наконец нашлась между батареей и стеной. Эту историю мне рассказывали много нудных раз.

Иногда по воскресеньям к нам в гости приходят нарядные родители папы, и мы садимся за стол.

За столом в основном беседуют о том, что мы с братом делали маленькими. Всегда одно и то же. Как я ходила во сне, а папа ловил меня, слонявшуюся по двору. Как Йоона упал, и острый ивовый пенек чуть не продырявил его ладонь, и надо было срочно ехать в поликлинику, где два санитара и один охранник держали его, чтобы врач мог зашить.

Наверное, я не всех мягких друзей представила.

В мою стаю входит еще зеленый икеевский крокодил (утром он всегда на полу и имени у него нет) и сурикат, зовут его, конечно же, Тимон в соответствие с фильмом[9 - Имеется в виду м/ф «Король Лев».

]. Тискаю их. Это очень приятно. Потом бросаю их в ноги кровати, как использованные тряпки.

Йоона выглядит взрослым, но по отношению к мягким игрушкам от меня не отличается. У него свои звери, которых он отправил на ночлег в мою кровать. А сам ушел к другу.

Мой брат – дядя для моих мягких игрушек. А я для его игрушек тетя.

Мы много деремся, но это не мешает нам сидеть иногда в моей кровати рядышком вместе с плюшевыми друзьями и слушать, что они говорят нам.

У каждого из них отдельный голос. Свой голос.

Я могу подражать их голосам гораздо лучше Йооны. Йири скрипучий ворчун, а Гав – всем довольный мямля. И все такое. Конечно, у каждого из них свой голос. Они личности. Каждый из них. Они могут дружелюбно беседовать между собой, но для нас с Йооной это иногда тяжело.