Истории одной монеты

Дед вполне походил на себя, гримёр хорошо постарался, разве что, кожа была куда более жёлтая, чем при жизни. Он бы, наверное, дразнил сам себя китаезой. Я улыбнулся собственной шутке и вдруг заметил что-то необычное.

Правый глаз деда был полностью закрыт, всё как надо, а вот веки левого почему-то оказались чуть разомкнуты, словно он не умер, а на самом деле притворяется, следит сейчас за всеми сквозь прищур глаз и ехидно хихикает, когда все покидают комнату. Я присмотрелся. Верхнее веко приняло какую-то странную форму, немного растянулось и приподнялось ещё сильнее.

Убедившись, что никто не смотрит, я оттянул веко, и мои брови поползли от удивления вверх. Вместо левого глазного яблока у деда была… Монета.

Монета в глазу. Монета вместо глаза. Монета вместо глаза мертвеца. Чушь какая. Ох уж эти шутнички из морга, слыхал я все эти истории о том, как в тела умерших зашивали всякий мусор, кроссовки, футбольные мячи. Но монета в глазу? О таком слышать не приходилось.

Немного подумав, я решил её вытащить.

– А не что? – шепотом спросил я себя.

Не проросла она там, в пустой глазнице, как ячмень? Я тряхнул головой, отгоняя бредовые мысли. Самая обычная десятирублё… Стоп. Я сощурился, фокусируя зрение. Номинал монеты оказался почему-то не десять рублей, а девятнадцать. Может, старинная какая, дореволюционная? Хотя, скорее просто брак.

– Ну ладно, хоть что-то, – хмыкнул я разочарованно, и тут же о ней забыл.

А через неделю случилось странное.

Точнее, начиналось-то всё супер обыкновенно: я пошёл в магазин, набрал продуктов на несколько сотен, и уже только на кассе вспомнил, что переложил кошелёк в другие штаны. Моя очередь подошла слишком быстро, чтобы успеть ретироваться, молоденькая кассирша мило поприветствовала меня, и я уже приготовился было неловко оправдываться, как вдруг нащупал в кармане ту самую девятнадцатирублёвую монету.

Повинуясь странному порыву, я протянул её кассирше, и та, ещё раз мило улыбнувшись, кивнула и… пробила мне чек. Это был какой-то абсурд. Я сделал шаг к выходу, держа на виду у всех свои продукты, за которые я не заплатил. Второй шаг, третий. Никто не пытался меня остановить, кассирша, как ни в чём не бывало, обслуживала следующего покупателя. Тогда я развернулся и быстро-быстро пошёл к дому, одновременно пытаясь как-то уложить в голове произошедшее.