Капкан Иллюзий

Ступин успел вовремя соскочить и теперь, торопливо отряхиваясь, во все глаза пялился на то, как быстро исчезает в глубине тёмных вод покорёженная платформа.

Дыхание сбилось, участившийся пульс молоточками бухал в ушах.

– Всё не как у людей, – выдохнул Ступин, нервно оглаживая полы форменного пальто. Зябко поведя плечами, он сглотнул подступивший к горлу ершистый ком и, спотыкаясь о камни, направился к домику.

Щебень сыпался из-под сапог, полы пальто рвал ветер, а Ступин мечтал лишь об одном: поскорее нырнуть в тёплое чрево сторожки.

«Почему старый вояка всё ещё не выполз встречать высокого гостя?» – искренне недоумевал он. Даже грохот сорвавшегося фуникулёра не заставил пенсионера высунуть нос.

На Урале всегда довольно прохладно. А нынешнее лето и вовсе пробирало до самых костей студёными пальцами. «Старик, наверняка уже или, скорее всего, ещё топит печь», – усмехнулся майор.

Не совсем сошедший от испуга озноб плавно перетекал в ледяные мурашки, вызванные шквалистым ветром.

Спрятав лицо в воротник, Ступин поёжился.

Как старый вояка вообще прозябает тут в одиночестве, у всеми покинутого объекта, окруженного тайной?

– Смотайся туда, Кир, по-быстренькому. Да одним глазком глянь, что там творится. Столько денег угрохали на этот объект, страшно вспомнить. А люди бегут из него. Да так бегут, что только пятки сверкают. А то и вперёд этими самыми пятками, – почесал подбородок лысеющий генерал. Собрался с мыслями и глянул в глаза, будто в самую душу молчавшего Ступина.

 – Вот, недавно совсем проводили ученья для срочников в тех местах, да недосчитались солдат. Товарищи уверяют, что те дёрнули в сторону котлована. Да так и сгинули. Мистика прям.

– Да какая там мистика… Дезертиры…

– Вот пойди и узнай…

***

Вот пошёл и узнает теперь.

У самых дверей домика Ступин опасливо обернулся.

Крутой каменистый склон мягко переходил в лесистую местность. Поросшие зеленью стены громадной воронки уходили далеко вверх. Корявые стволы чахлых деревьев тянули свои сучья в стороны под немыслимыми углами, а ломкие желтоватые кустики, чем выше по склону, тем становились пышней и сочнее.

И посреди всего этого великолепия холодно поблёскивала рельсами железная дорога, где вместо натянутого каната сиротливо вихлялся оборванный трос.

Ступин сглотнул подступивший к горлу колючий ком, с шумом втянул в лёгкие чистый таёжный воздух и без стука толкнул дверь.

В нос тут же ударил аромат пряных трав.