Вернись

Людмилка хотела идти на педагогический, но Варвара жестко объяснила, кто правит миром и как надо жить. Подруга только согласно кивала. Благодаря напористости и знаниям хрупкой брюнетки они прошли тестирование, написали диктант, сдали устный экзамен. Варя всё делала за двоих, не желая остаться одна в новых стенах с высокими потолками. Она и Людмилку переманила только для того, чтобы чувствовать себя увереннее. Ничего, профессия нужная, найдет себе работу по душе и забудет про своё педагогическое призвание.

Детей учить! Это в наше-то время да за такую зарплату! Варя считала, что смогла и себе доброе дело сделать, и подругу на путь истинный наставить.

Университет заинтересовал её гораздо больше, чем школа. Людмилка же, наоборот, практически засыпала на лекциях, тихо отсиживалась в уголке. Варя с удивлением смотрела на подругу, но продолжала тащить её за собой. Первую сессию Варвара сдала на «отлично». Сияя от ощущения собственной гениальности, она мчалась домой с тортиком, чтобы похвастаться перед Вероникой.

А там её ждал сюрприз! Да ещё какой…

Тортик оказался как раз кстати. За столом в торжественной обстановке сидели Вероника и незнакомый мужчина. Внешность, что надо, да и костюмчик дорогой ? автоматически оценила Варвара. Похоже, знакомиться с членами семьи пришёл… Сердце девушки защемило. Она ощутила жгучую ревность и ужас, как в детстве. Её Веронику надо будет ещё с кем-то делить?! Неприятные чувства разгорались внутри, напоминая пожар. Ей труднее становилось контролировать себя.

Провокационные вопросы уже слетали с губ. Но не класть же ноги на стол или брать еду руками, как в детстве. Глупость какая! Мужчина отвечал спокойно и с достоинством, не замечая иронии, звучащей в вопросах.

Взгляд Варвары скользнул по потерянному лицу Вероники. Она прямо-таки таяла, сгибаясь все ниже и ниже. Девушка резко встала и закрылась в комнате. Ей надо было подумать. Что-то изменилось в ней при виде несчастных глаз тёти. Вероника действительно полюбила мужчину, сидящего напротив, хотела быть с ним.

Неужели Варвара имеет право рушить жизнь единственного родного человека, который ради неё отказался от замужества и в 35 лет так и не реализовал себя в качестве жены. А приглашений, наверное, было не мало. Смуглянка легла на кровать и от бессилия сжала зубами платок, как в детстве. Она не плачет! Она никогда не плачет!

Послушные слёзы так и замерли в уголках глаз, не испортив макияж.