Ловушка Голда. А где реальность?

Сквозь пугающую тишину слышали только звон и стук каблуков. Еще несколько мгновений, и мы столкнемся лицом к лицу.

Стены вокруг нас сужались. Настоящий рай для врагов клаустрофобии. Я, конечно, не боялась замкнутого пространства, но, кажется, сейчас у меня появилась эта фобия.

– Что происходит? Стены!

– Да-да. Но ничего такого не будет. Мы спим у себя дома. В теплой кроватке. В зеленой комнате. На венке даже висит записка от меня. Не бойся, ладно? Если нас здесь раздавят стены, мы проснемся, – даже не знала, как его успокоить.

Звучало не очень убедительно.

Стены внезапно остановились. Буквально оставалось сантиметров пять до наших тел. И наступила пугающая тишина. Тим замер. Он отошел от меня и посмотрел мне в глаза.

– Не бойся, – разрушила гробовую тишину. Мне не привыкать видеть ужасы, или триллеры. Я пока не разобралась с жанрами снов.

Прошла пара секунд, и стены громко завизжали. Словно людей сжигали на костре. У Тима из ушей показались струйки крови, я и сама чувствовала тепло в ушах, а вот и ручейки.

Теплые. Слишком много крови на моем лице сегодня. Меня резко схватили чьи-то руки и прижали к стене. Я вскрикнула от неожиданности и увидела, что Тима присосала серая стена. Он безмолвно кричал, только открывал беспомощно рот, потому что его шею сжимала огромная серая рука с когтями.

Чувствовала, как меня душили змеи, выползающие из стены, руки будто приклеились, их также обхватили змеи и крепко сжали. Увидела неописуемый ужас в глазах брата. Он молил о помощи.

– Перемести нас в свою комнату! – кричала я, но мой крик сорвался, змеи крепче сжали горло.

Видела очень странную картину. Серая, будто пульсирующая жидкость вытекала из грязных стен и покрывала кожу Тима. Мне стало не по себе. Такое было, когда я посмотрела «Чужой: Завет». Жуткое послевкусие от фильма. И еще долго отходишь.

Предчувствие говорило мне, что тут явно было не все в порядке. Пол уходил из-под ног в прямом смысле слова. Внизу ничего не было. Пропасть. Нас удерживали страшные руки и щупальца.

Серая гадость змейками пробиралась к шее Тима, а он только открывал рот. Я нутром чуял, что ему адски больно. В этот же миг меня словно прорезали острым ножом, я кричала, но в мой рот заползла такая же тварь из стены, которая чудила на лице Тима. Мне не нравился сон. Ни капли. Я хотела проснуться. Проснуться. Проснуться. Внутри все разрывалось, эта пульсирующая серость ела меня изнутри.

Рыдала. Так тяжело. Ничего не могла сделать. Голова задралась к верху.