Эйдос непокорённый

Ещё несколько шагов, и я врезаюсь в заросли сладко-пахнущей сапты – холм, покрытый снегом голубых лепестков. Кажется, это и есть то самое место, надеюсь, там найдётся лазейка.

Раскидистые деревья растут до самой вершины, но ещё слишком темно и ничего не понятно. Нужно забраться наверх, найти трещину. Шорох за спиной заставляет вздрогнуть. Внутри всё замирает, я оборачиваюсь.

Безымянный хмуро пялится на меня из-под капюшона. Как он умудрился выследить меня? Выглядит сердито. Я ударила его железкой, и договориться по-хорошему уже не получится.

Остаётся одно – проверить, сколь быстро я карабкаюсь по скалам, и сможет ли он догнать.

Я разворачиваюсь, чтобы удрать, но врезаюсь носом в другого святошу с кровоточащей раной на лбу. Кого же я ударила? В полумраке не разберёшь, все Безымянные похожи. Я зажата с обеих сторон. От запаха крови во рту становится солоно и уже не до святош. Пока пытаюсь справиться с тошнотой, тот, что с разбитым лбом, успевает поймать меня за плечо, забрать светильник, нащупать и ухватить болтающуюся цепь с не пристёгнутым браслетом.

В руке у него длинный прут, электрохлыст. Выследили они меня по светлякам, или как-то ещё, неважно. Меня вернут в келью и второго шанса на побег уже не будет. Плохо дело.

7. Эйдос

– Что за выходки, Святой брат? – возмущается ушибленный святоша с кровавой раной на лбу. Сильно я его. Не узнаю голоса, это не жрец, наверное, сторож. – Батья-Ир велела стеречь её, а не выгуливать!

Ну точно! Он спрашивает, но не даёт ответить и тычет в собрата по разуму электрохлыстом, тот корчится от боли и падает.

Баркатам, неповоротливым и толстокожим, эта штуковина как лёгкий щипок, а из человека вышибает дух, жжёт тысячей игл, заставляет мышцы каменеть. Видно, Батья-Ир снабдила на случай, если я стану сопротивляться. Но мне повезло увернуться, и под удар попала не я. Пока Безымянный святоша приходит в себя от электрошока, сторож с разбитым оковами лбом командует:

– Возьми браслет и надень на него.

 – Он подбирает цепь и суёт мне.

– Зачем? – Я с опаской кошусь на прут, который тычется мне в лицо. На конце мерцает крошечный разряд, но пускать его в ход сторож не торопится. – Он тут ни при чём!

– Вы шлялись вместе, а при чём или нет, разберётся Батья-Ир, – недовольно фыркает святоша с разбитым лбом. – Моё дело вас вернуть.

– Ничего подобного! Мы встретились здесь, – продолжаю настаивать. Не нужно мне лишнего груза.