Ты уволена

Поднимаюсь в столовую и сажусь за стол педагогов, где уже сидят многие коллеги.

– Всё в порядке? – интересуется Маша.

Смотрю на неё всего секунду, и понимаю, что должна выговориться, но не при всех.

– Да, конечно. Зайдёшь ко мне потом? – осторожно спрашиваю у девушки, окидывая взглядом помещение.

Дети балуются, смеются, визжат, но в целом, всё хорошо. Хотя нам говорили, что дети приедут сложные. Не особо заметно.

Неожиданно в мою голову прокрадывается наш спонсор, и я опасливо озираюсь по сторонам, словно кто-то мог прочесть мои мысли.

Я параноик, знаю, но мне нравится эта работа, которую мне очень не хочется терять. Даже если это будет из-за такого потрясающего мужчины.

Глава 3

Мне всегда было интересно, что же я такого сделала людям, если меня ненавидят. Кажется, я нигде не переходила дорогу нашей директрисе, но она всегда показывает, что она королева, а я полное ничтожество. Ох, нет, если рядом будет Старцев, то она мгновенно превращалась в ангела, хотя на деле – дьявол во плоти.

Вот и сейчас, на собрании она отчитывает меня, что концерт был ужасен.

– Да я чуть не заснула от скуки. Вы опозорили весь центр. А эта сценка вообще ни в какие ворота не лезет! Что за дети такие?!

Я тихо вздыхаю.

– Дети из моего отряда…

Но Башкину теперь не остановить. Она не успокоится, пока не доведёт меня.

– Неудивительно. Если у них педагог такой…

Какой? Она хотела сказать «дерьмовый»? Бога ради, на здоровье.

– А нашему спонсору, кажется, понравилось, – мягко говорю это, но сразу же жалею о том, что открыла рот.

Директор смотрит на меня испепеляющим взглядом, после чего снова начинает.

– Нет, ему понравилась только твоя короткая юбка, но не то жалкое подобие, что ты назвала концертом! Что я говорила насчёт отношений?!

Господи, заткните её кто-нибудь, пожалуйста.

Но никто не осмелится и слова сказать, потому что это чревато увольнением. Для этой дамы существует только два мнения: её и неправильное. И если она кого-то отчитывает, то все молчат.

Но, зачастую, козлом отпущения становлюсь я. Еленушка обвиняет меня во всех смертных грехах, даже если меня вообще не было работе. И мне интересно: разве можно так относиться к своим подчиненным? Она не должна срываться на нас, потому что это даже низко.

Как только совещание кончается, я вздыхаю полной грудью. Теперь спокойно можно ехать домой, потому что сегодня смена моего напарника. Иду по главной аллее, как на мой телефон поступает звонок.