27 эмоций

Но я даже не могу по ним скучать, потому что не помню!

Девушка опустила голову на руки. Со стороны казалось, что она подавлена. Но Кайра просто пыталась скрыть довольное выражение лица. Она поставила себе пятерку за театральное искусство.

– А вы не местная, – заметил психолог будничным тоном, как турист на остановке.

Кайра поняла, что ее актерская игра не сильно впечатлила этого человека. Однако он продолжил более мягко, почти с участием:

– Ну будет, будет вам. Успокойтесь. Мы обязательно выясним кто вы и вернем вашим родственникам, хоть вы их и не помните.

 – Кайре почудился сарказм.

Он задавал еще вопросы. На первый взгляд, ничего не значащие и глупые. Например, какой ее любимый цвет. И любит ли она лето. Когда он спросил, не боится ли она лошадей, Кайра мысленно усмехнулась: “Видел бы ты наших молорайтов!”

Это животное на Кайорити было очень полезным. Что-то среднее между земным быком и динозавром. Огромное мощное животное, которое уже много веков служило кайоритянам во всех сферах жизни.

И, это ли не повод для гордости! Кайоритяне не прибегали к насилию, они умели выстраивать отношения со всеми биологическими видами путем рациональных переговоров. А потом Кайра насмотрелась на войны, бесконечные травли и разрушения на этой прекрасной планете. Она относилась к Земле странно, не понимая до конца свои мысли.

С одной стороны, земляне такие импульсивные, в своем стремлении к власти и силе, сметающие поколения на пути. Но, с другой стороны, они нежные и трогательные. Они даже приводят в дома бесполезных животных и заботятся о них! Это сложно понять.

Верховное правительство Кайорити давно взяло курс на изучение Земли. По всем подсчетам эта планета на 78% подходит на роль Союзника. Единственное, что не учла статистика – это эмоции. Кайорити – планета прагматизма, спокойной и размеренной счастливой жизни. Но жизни без эмоций. А здесь… здесь хаос правит миром.

4

Мужчины сидели за столиком у окна. За остальными столами сидели военные, был слышен приглушенный гул множества голосов и звон посуды.

То тут, то там, раздавались крики и взрывы смеха. Жизнь на базе шла своим чередом.

– Ну что, Александр Валерич, как тебе наша гостья?

– Кажется, она действительно ничего не помнит. Но что-то в ней есть искусственное, напускное. Что скажешь?

– Надо копать, проводить тесты, только времени у нас нет. Не можем же мы держать ее вечно. Придется ставить в известность Москву. – Пашков вздохнул. – Она же гражданская.