Поцелуй бабочки

А да пофиг, сегодня «набил» пузо и ладно…

Я упал спать, но усталость не накрыла молниеносной липкой дремотой, как в предыдущие дни. Я долго ворочился на земле, пытаясь улечься поудобнее, но все ни как не мог. Может земля твердая, может постоянное яркое освещение? Да нет же! До этого эти мелочи меня не беспокоили. И все-таки… что-то меня как будто гложило, что-то как будто не надавало отключить мозг. Я б даже наверное поклялся, если б вспомнил как это делается – ну в смысле клясться, что меня что-то беспокоило.

Серое низкое недвижимое небо уже стало таким же привычным для меня, как наверное потолок камеры для заключенного, которого не выпускают наружу. Может я чей-то пленник? На вряд ли… Пленников вроде как кормят, а не заставляют их добывать себе пищу самому…

И тут меня осенило! А почему вину за свое незавидное положение я списываю на кого-то!? Почему я пытаюсь придумать левого виновника!? А что если я сам виноват в своих злоключениях? Ну к примеру путешественник или там экспериментатор. Второе бред… скорее всего… А вот первое…

Ну допустим путешествовал, что-то произошло, что-то такое из-за чего я потерялся или там допустим все погибли а я выжил.

Авиакатастрофа как вариант… Во! И я просто чудом остался жив и потерял память. А меня сейчас ищут, но не могут найти. А я тут занимаюсь созданием «кружка по выживанию». Как вам такая версия? Я покрутил её в голове и так и этак. Ну логично – не логично. Не понятно… главное в ней было то, что она мне нравиться больше других. Ха! Какая-то романтичная что ли. Какая—то приятная тут для меня нотка все-таки есть.

Как уснул не помню. Спал наверное долго.

Да ладно! Да что за фигня-то! Открыв глаза, я увидел чистое небо. Ну точнее небо-то как и раньше было затянуто серо-грязными облаками, а вот бабочек больше не было. И эти свалили!

Ну все – жру больную руку!

***

Напился натощак воды, на всякий случай осмотрел бережок, вдруг нападало бабочек, пока я спал. Ага, нападают тут!

Молча трижды выматерился по-английски.

Обул подсушенные кроссовки. А не фига! Как были сырые, так и есть. Теперь еще и ноги сотру до мозолей. Кинул взгляд на опухшую руку – мда уж… Слов нет, одни слезы… делать нечего, побрел вдоль однообразного берега, периодически отпинывая валежник.

Изгиб реки аккуратно уходил куда-то вправо, как будто берег кто-то старательно начертил циркулем. Не удивлюсь если речуха окажется правильной округлой формы и в итоге приведет меня в тоже место где я и был.