Стаи. Книга 1

 – Амма!

Голограмма снова появилась: девочка-подросток, надутая на весь белый свет, словно сидела на уплотнившемся воздухе, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди.

– Моё заключение положительное, а ты что скажешь? – Глава СБ не обращал на демонстрацию протеста никакого внимания.

– Одобряю. – Буркнула она, раздражённо откинув прядь волос. – Надо же что-то противопоставить вашей нерадивости! Сколько можно толпе примитивов разжёвывать элементарные вещи!

Затем произошла разительная перемена.

– Хоть одна будет отрада моей уставшей душе, – Амма прямо растаяла на глазах, снова с головой окунувшись в волны энтузиазма.

 – Мы станем настоящими подругами! Не разлей вода!

Ольга скосила взгляд на Элана. Уж не постоянное ли общение с этой особой наложило отпечаток на его характер, тоже склонный к стремительным переменам настроения?

– Ладно, – Усов встал и подошёл к эволэку. – Давай бумаги, сейчас оформим допуск.

Довольный Элан перемигнулся с Ольгой, а Амме показал сжатый кулак с оттопыренным вверх большим пальцем.

Та ответила тем же, и её эфемерное тело пустилось в весёлый танец. Лёгкая красивая музыка заполнила кабинет, подчёркивая выверенные движения фантома.

– Прошу, – Валентин Владимирович прервал музыку, протянув готовую карточку Ольге.

Танцовщица на миг зависла вверх тормашками, перекрутившись, приняла нормальное положение и, похлопав в ладоши, произнесла:

– Добро пожаловать, – поклонилась в ноги. – Оленька, ты получаешь неограниченный допуск.

А сейчас в медотсек на прививки! Я обо всём уже распорядилась!

Возможность присутствовать везде и сразу, выполняя кучу дел одновременно, всегда вызывала у Иригойкойя лёгкую зависть, как и неутомимость. Человек слаб – это факт. Он поднялся со стула, уже ощущая усталость от сумасшедшего темпа, взятого с поздней ночи. И сейчас, несмотря на достижения медицины, очень много времени приходиться тратить на отдых и сон. Даже наоборот, общество, поняв всю пагубность крайностей прошлого, стало гораздо внимательней относиться к здоровью: чем тяжелей работа, тем продолжительней был отпуск, выраженный не в банальном запое смертельно уставшего трудяги, а в комплексе мер, призванных возродить в нём радость жизни и поддержать стремление творить дальше.

Люди в белых халатах эволэка не пустили в процедурный кабинет, но он и не особо туда стремился, устроившись прямо на полу у фонтанчика, под декоративным деревом. Вода была очень вкусная и холодная.