Стаи. Книга 3. Столкновение миров

Всем, кто только мог просто вынашивать нехорошие мысли, недвусмысленно дали понять, что разговор будет короткий и предельно жёсткий. Но, опытные офицеры флота тоже не простачки, и Бёрнет продемонстрировал творческий подход к делу:

– Мы всё можем провернуть так, что никто ни о чём не догадается, – время было, и начал офицер издалека. – Кураторы этих мутантов – киборги, и их можно заставить сделать то, что нам выгодно. Это чисто технический вопрос, и возможности у нас с тобой самые широкие.

Что касается самих Навигаторов, то в истории эволэков была уникальная пара…

Он на миг прервался и полез в карман за блокнотом – русские имена и фамилии иногда вызывали затруднение в произношении.

–… сёстры Долгачёвы. Они могли в одном погружении работать над одними существами, а потом, без выхода из Океанеса, тут же принимать в своё сознание новую Матрицу, и работать уже над другими существами.

Октябрьский тоже не страдал отсутствием ума и проницательности и схватил мысль на лету:

– Хитёр ты братец! – Он рассмеялся, громко, не таясь, да и таиться было не от кого.

 – Ты хочешь подгрузить Навигаторам вторую Матрицу, а там будь, что будет!

– Именно, Женя, – ответил хозяин апартаментов, наливая и себе, и гостю. – Как и любой ИР кураторов можно перепрограммировать. Мы не просто удалим часть информации, а запишем поверх неё ложные воспоминания. Легенда такова. Эти кицунэ, воодушевлённые примером старших эволэков, в особенности Шакко и Куко, решили тоже испытать новинку, а точнее воспроизвести то, что умели делать Долгачёвы.

– Но ведь у них же не было этого в задании, – напомнил Октябрьский, но смутить англичанина не получилось.

– В этом и вся соль, мой друг! Их наставники славятся независимостью, они даже не поставили в известность своих кураторов, когда задумали изменять собственные тела, – осведомлённость Джозефа не была чем-то из ряда вон, ибо перипетии, приведшие к созданию «Перекрёстка», были общеизвестны.

 – А, как у вас, у русских, говорят: каков поп, таков и приход. Раз наставники оказались смелыми экспериментаторами, то никто не удивится тому, что их воспитанники пошли той же дорожкой.

– Логично, – согласился русский адмирал и, наконец, догадался положить в пепельницу уже потухшую сигару, так увлёк его разговор.