Стаи. Книга 2. Новая Волна

Удар, фонтан пены, соперничающий с теми, что срывал неистовый ветер с верхушек волн, и она стремительно пошла в глубину ещё на час – там тише и спокойней.

Кто-то думает, что киты набирают воздух и потом ныряют – это совершенно не так. Погружение на огромную глубину сдавливает их тисками, и будь в лёгких воздух, вода бы попросту раздавила животное. Просто кровь и ткани на вдохе насыщаются живительным газом, и левиафан, со спокойной совестью сделав выдох, уходит в пучину.

Уса падали вниз и вниз почти не прикладывая усилий.

Быстро гас свет над головой, оставляя всё меньше и меньше возможностей видеть окружающий мир глазами, и её сознание всё больше захлёстывал мир звуков. Море, неспокойное даже на большой глубине, по-прежнему напоминало тугими ударами о разыгравшемся шторме, но уже не стремилось разорвать в клочья плоть повелительницы океанов, а только сильно толкало, помогая выбрать правильное направление, уводящее Усу и её семью в более спокойные воды – они обходили шторм, стремящийся к далёкой суше, стороной. С каждым часом удары волн становились всё слабее, ветер, устав от тяжкой работы, уже не ревел оркестром миллионов труб. Но по-прежнему на спасительной глубине было куда как спокойней, чем на верху, где бесчинствовали волны.

Тихое пение родных голосов наполняло её душу покоем и умиротворением, и, даже не видя ничего в кромешной тьме бездны, Уса точно знала место положения всех членов большой семьи. Переливы звуков, своих и друзей, наполняли пустоту бездны, рисуя во всех деталях пугающие красоты подводных горных вершин, что цепью тянулись на север, и каньонов, спускающихся так глубоко, что даже эхо почти никогда не возвращалось назад из их безмолвного мира.

Марина примчалась на пост с такой скоростью, будто ей было семнадцать, а не три раза по столько же… Ну, почти три раза…

Припав к экрану, женщина с тревогой пробежала по экрану взглядом, но тут же с облегчением вздохнула – всё идёт хорошо.

– Как там дела? – лицо Хельги было встревоженным.

Киборг конечно же общалась и с Аммой, но живые беседы всегда предпочитала мнемоническим, да и куратору, бесконечные недели проводящему в четырёх стенах операторской без голосов живых людей было бы вдвойне тяжко, так что, наставница Элана не ленилась лишний раз вызвать абонента. Все наставники перезванивались друг с другом, делились новостями, тревогами, радостными минутами, и никто не пропадал в пучине одиночества, хотя все боксы были отделены друг от друга.