Собралась Алина в отпуск… Романтические рассказы

А сколько в нем было смысла… Сколько всего…

И сколько всего было в этих пронзительных глазах, в которые хотелось смотреть не отрываясь и утонуть, отринув все остальные проблемы…

Он обратил ее внимание на свой бейджик, на котором было написано его имя: Руслан.

Она кивнула и сказала:

– А меня зовут Алина.

Она начала говорить. И так было ей печально, и так страшно, что проблему ее нельзя будет решить, и так внимательно ее молодой человек слушал, что она вдруг, сама от себя не ожидая такого, расплакалась.

И слезы лились из ее глаз потоком. И ей было совершенно все равно, что он о ней подумает – это совершенно незнакомый для нее человек, который однажды дал ей дверью по лбу…

И так Алина увлеклась своими эмоциями и своим маленьким горем, так отдалась ему вся, что ей не показалось странным, когда молодой человек, достав коробочку с бумажными носовыми платками и выставив ее на стол, встал и вышел из-за стола, а потом подошел к ней, наклонился, погрузив ее в волну древесно-мускусного яркого и сексуального мужского аромата, и обнял ее своими божественными руками…

И обнял ее так неожиданно крепко, как, казалось бы, совсем не может обнимать незнакомую девушку совершенно незнакомый человек… Породив в Алине, в самой глубине ее одинокой женской души, настоящий ураган чувств, которые будоражили каждый уголок ее тела похлеще, чем температура 39,5 и все ее мысли и мечты об отпуске и предстоящих страстях.

И мир вдруг перевернулся.

И не стало маленького горя. И не стал так уж важен этот отпуск для ее жизни.

Появилось что-то другое.

Совершенно новое, еще не познанное, но которое так хотелось поскорее объять, познать и вкусить…

Что-то несомненно лучшее и более долгожданное, чем отпуск, которого она ждала два долгих года.

Что-то, чего она ждала всю жизнь…

***

Так они стояли несколько минут, пока где-то в кабинете, вдруг оказавшемся кусочком рая на Земле, и вовсе не греческого, а обычного, человеческого, тикали часы.

Секунды, минуты бежали… А Алине не хотелось, чтобы они бежали. Хотелось остановить их, чтобы этот миг не кончался. Никогда.

И чтобы эти руки никогда ее больше не отпускали.