Запасной аэродром. Книга вторая. Билет в один конец

Да, она уставала, но она была занята! Ее труд, как ей хотелось думать, был ценен для компании, пусть никто и не говорил ей об этом напрямую. Она прекрасно знала, что нравилась сотрудникам обоего пола, поскольку зачастую возле нее зависали то менеджеры, то бухгалтера…

Она выполняла свои обязанности с удовольствием, а когда ей удавалось выкроить минутку, она могла посидеть в интернете, рассматривая сайты по рекламе дорогой обуви и сумок. Как же она любила все качественное и брендовое! Может, это шеф так влиял на нее, меняя костюмы и обувь чаще, чем просил кофе?

– Ну, выходные-то никто пока не отменял! – сострила Химичева и, вспомнив, как утром курьер вместе с почтовыми пакетами принес девушке букетик пионов, улыбнулась.

– Давай, лучше мы найдем тебе работу на дому. – Предложил Боковец и заметил улыбку на лице любимой. – Чему ты улыбаешься?

– Мне плакать что ли, не понимаю?

– Ты что-то скрываешь от меня? Не прошло недели, а ты уже…

– Уже что? Ну? – зеленые глаза зажглись опасным огнем.

 – Договаривай, раз начал!

– Мне не нравится твоя работа! – Боковец вздохнул.

– Если ты еще не заметил, мне не интересны мужчины… – сказала и отвернулась.

Боковец чуть было не потерял управление автомобилем. Его слегка занесло в сторону.

– Осторожней! Еще не хватало тут завязнуть в сугроб!

Боковец чувствовал, что Дарья отдаляется от него все дальше и дальше. Ее не интересуют мужчины… уж кому, как ни ему, было знать об этом!

Глава 17

Спирина перелистывала статью под названием «Обманутые дольщики», и как бы она не сочувствовала тем, кто потерял свои кровные деньги по вине застройщиков, мысли ее постоянно улетали от этой темы к теме личного характера.

В голове поселился бородатый мужчина, большой, слегка запущенный, вроде бы твердый по характеру, но сломавшийся, брошенный, никому не нужный… Наворачивалась слеза…

Что за напасть?! Мало ли таких людей, бездомных, безыдейных, потерянных? Всем не помочь! Откуда вообще берется эта жалость? Или это не просто жалость?

Эмма вспомнила их дорогу до отеля.

Каштанов заболевал, это было видно невооруженным глазом. Он покашливал и зарывался в меховую куртку, его глаза слезились. Мужчина, показавшийся ей крепким, самоуверенным при первой встрече, теперь не заносился и не пытался выглядеть орлом. Он просто ехал, молча, утонув в своих мыслях, игнорируя ее редкие вопросы и комментарии.