Запасной аэродром. Книга вторая. Билет в один конец

– Проходи в комнату, я сейчас!

Каштанов прошествовал в обитель уюта, решенную в кофейных тонах. Темная мебель, журнальный столик из стекла на позолоченных ножках, на окнах шоколадные занавески, на стене ЖК, картина багряного заката; ярко–желтый торшер, попугай в клетке – как же искусно все сочеталось!

Он приземлился на диван и посмотрел на попугая. Тот, в свою очередь, уставился на него.

– Ну, что скажешь, сторожила? – птица в клетке заходила.

– Предложить тебе что-нибудь выпить? – в комнате появилась Эмма, ничего не изменившая в себе, в джинсах и футболке, только без овощей.

– Ты знаешь, я ведь могу быть некстати, только скажи, и я… приду в другой раз.

Каштанов становился тактичным?

– Хорошо, тогда я позвоню – сказала Спирина без тени шутки.

Мужчина поднялся.

– Я шучу!

Он подошел к ней ближе.

– Что?

– Шучу!

До нее донесся аромат мужского дезодоранта и мужчины вкупе.

– Любишь держать все под контролем? – черные глаза проникли внутрь нее.

– Да, черт возьми! – она ответила вызовом на вызов.

Он прикоснулся рукой к ее подбородку и обратил его на себя.

Спирина понятия не имела, что произойдет дальше, она не знала, куда деть руки и как вообще себя вести. Затем она поняла, что этот самолюбивый наглец просто напросто насмехается над ней, получая удовольствие от ее смущения. Все было написано на его лице!

– Я приду позже – вдруг обрушил Каштанов.

Его пальцы медленно поползли вниз, еле касаясь ее шеи, и еще ниже по вырезу футболки и еще ниже…

– Просто ужас какой-то… какой-то!

Оба обернулись.

Птица нахохлилась и выражала свое отношение к происходящему. Каштанов, поняв, что произошло, заржал. Спирина засмеялась следом. Да, она любила своего питомца, но иногда его выходки были как нельзя некстати!

Глава 20

Боковец трезвонил супруге, не переставая. Дарья сбрасывала звонки. Он же хотел внушить ей, что тридцать первое декабря, как правило, сокращенный рабочий день!

Как только из кабинета шефа вышла Марина, а она там не задержалась после внезапного вторжения секретаря, к Тагильцеву потянулись начальники.

Проводив, наконец, последнего, мужчина подошел к Химичевой.

– Дарья – она взглянула на него, в готовности записывать за ним в блокноте. – Мне… то, что вы сегодня увидели…

Девушка закачала головой в стороны.

– Это ничего – произнесла она и убрала глаза.

– Да нет, это не ничего! – Тагильцев понятия не имел, что ему следует сказать. Она вновь посмотрела на него.