Его поцелуй

Нет, на него не солнце так повлияло, ведь он не какой-нибудь там вампир, которого выдумал Брэм Стокер. Вампиры – вымысел и не более. Нет, тут было все намного сложнее.

По их поверьям, легендам и минувшим событиям, которые имели место быть, багряный восход означал лишь одно: этой ночью была пролита волчья кровь. И, судя по реакции их вожака, это была кровь того, кто входил в их узкий круг, того, кто был приближен к власти и связан с ним кровными узами. И это мог быть только один волк – Джереми, брат Джека. Родной брат.

И его мог убить только тот, о ком не было слышно вот уже более века.

Мужчины смотрели на муки своего вожака и ничем не могли ему помочь: ни прекратить, ни облегчить его страдания. И на это все им было очень больно и тяжело смотреть. А от осознания того, что их клан осиротел еще на одного волка, становилось совсем не по себе, и от этого им обоим хотелось выть, выпуская своего внутреннего зверя! Но нельзя! Не сейчас! Потом, когда они окажутся в логове. Там они смогут оплакать своего сородича!

Джек все еще лежал на земле, тихо постанывая – боль уже не была столь сильной и выжигающей.

Она начала отпускать. Минут через пятнадцать мужчина уже смог вдохнуть воздух полной грудью, и это принесло ощутимое облегчение. Кости начали срастаться, а его частичная трансформация в зверя прекратилась, и он снова вернул себе человеческий облик. Еще через десять минут он смог сесть.

Мужчина посмотрел на парней, которые неотрывно за ним следили, но не делали никаких попыток ему помочь.

Да, они знали, что их помощь сейчас бесполезна, поэтому и не лезли. Взор Джека еще был слегка затуманен, но способность здраво мыслить к нему уже вернулась. И он произнес:

– Джереми! – голос, глухой и хриплый, был наполнен непередаваемой болью. – Он вернулся. После стольких лет он вернулся! И убил моего брата!

Мужчина кое-как встал и, забравшись в автомобиль, опустил на руль голову.

– Джек, – обратился к нему Майк. – Ты как?

Вожак лишь хмыкнул и произнес:

– Странный у тебя вопрос, Майк.

Можно было и не спрашивать. Хреново мне, совсем хреново. Я потерял частичку себя! Того, о ком всю жизнь заботился и оберегал. И в тот момент, когда у нас появился шанс исправить наше жалкое существование, появился тот, кого мы никак не ожидали! Да чтоб он сдох! Тварь! Ненавижу его! И как только встречу – убью!

Майк и Ник понимающе переглянулись, но промолчали.

– А теперь оба живо в машину, мы и так уже порядком подзадержались.