Его поцелуй

Напротив душевой расположилась длинная полка под умывальник, вырезанная из цельного малахита, а над ним зеркало, занимающее всю длину стены.

Джон прошелся по душевой комнате и остановился напротив того самого зеркала.

Да, а ведь за те сто с небольшим хвостиком лет он совершенно забыл, как выглядел тогда.

Сейчас в зеркале отражался мужчина, очень похожий на Джона до того, как к нему вернулись все воспоминания, но все же изменившийся. Теперь понятно, почему у него так горело все тело и… лицо.

Хм, лицо. Глаза изменили цвет с темно-карего, почти черного, на насыщенный синий, и было ощущение, что… они мерцали. Те же густые темные брови и ресницы, тот же прямой и аккуратный нос, чувственные, чуть полноватые губы красивой формы, которые сейчас были изогнуты в легкой ухмылке. А еще эта легкая шероховатость трехдневной щетины.

И все бы ничего, если бы… Через все некогда идеально целое лицо, на котором никогда, за все время службы в полиции, не было и царапины, теперь пролегал шрам.

Он тянулся от верхней части лба через левую бровь, не задевая глаз, через скулу, обе губы и до самого подбородка. Шрам, который на нем когда-то оставил зверь. Давно, очень давно!

Джон снова посмотрел на себя в зеркало, чтобы привыкнуть к своему настоящему облику.

– Хорошо хоть, что цвет волос не изменился. А то как-то не очень хотелось бы видеть себя в роли этакого блондинчика с голубыми глазками. Ну, ангелочек, прям!

От этой мысли Джона даже слегка передернуло.

– Ладно, вспомним, запомним и привыкнем! – пробормотал мужчина, пристально изучая свое и одновременно не свое тело.

Высокий – около двух метров ростом! "Ага, так вот из-за чего мои бедные косточки пережили такой ужас!" – подумал Блэк, вслух же произнес:

– Капец! Я и забыл совсем, каким высоченным являюсь! Блин, высоко-то как смотреть стало! Эх, привыкать нужно.

Хорошо развитая мускулатура: широкие прокачанные плечи (выделялась каждая группа плечевых мышц), да, хорошо прокачан, но не перекачан.

Мощная грудная клетка, ниже… невероятный пресс! Аж восемь кубиков!

– Офигеть! А у моего прошлого тела было только шесть! И чего я только не делал, чтобы добиться такого результата, как у этого тела, с тем ничего подобного не выходило. Все эти неизменные шесть кубиков! Несправедливо! – удивленно и немного возмущенно разглядывая свое тело, произнес он.