Ведьме ректор – не игрушка

– Несправедливо, говоришь? А то, что я на протяжении полугода терплю твои безрассудные выходки, то, что я успел отремонтировать всю академию, отстроить заново восточное крыло с нуля, которое ты со своими друзьями разнесла – это ты называешь справедливым? – во взгляде ректора полыхнула злость. – Да у меня порой волосы дыбом на затылке встают, как только начинаю думать о том, что же ты приготовила на сей раз, что ты придумаешь, чтобы добиться исключения? Но как бы там ни было, у тебя, девочка моя, ничего не выйдет.

– Но это же шантаж! – зло воскликнула я, вскакивая с кровати.

– Называй это как хочешь, Лиана, но это было мое последнее слово – мое терпение не безгранично, девочка. И скоро ты перейдешь все границы дозволенного. Решай, либо ты спокойно доучиваешься в академии, либо страдают другие.

– Это подло! – всхлипнула я.

– Может быть. Но ты в любом случае станешь моей женой – это было обговорено с твоей семьей еще десять лет назад.

– Что? – выдохнула я. – Как… Что вы такое говорите?

– Не сейчас. – отрезал он, нахмурив брови и сверкая своими глазами стального цвета. – Мы поговорим об этом, когда я вернусь из дворца. И еще, – произнес он, беря свой сюртук черного цвета, расшитый по краям золотой тесьмой, – сегодня я предъявлю на тебя свои права, как жених и будущий супруг.

Я вздрогнула всем телом, осмысливая сказанное. А Эдриан, еще раз хмуро взглянув на меня, сделал пару пассов руками и скрылся в открывшемся портале, оставив меня одну.

Еще немного посидев и обдумав сказанное ректором, я пришла к мысли, что мне ни в коем случае нельзя оставаться в стенах этой чертовой академии – нужно уходить. Уходить как можно дальше, чтобы никто не смог меня найти.

Решительно кивнув своим мыслям, открыла дверь и покинула комнату Эдриана Брайта, направившись к себе, чтобы собрать свои вещи. Главное – никому из друзей не сообщать о своем решении. Иначе, если их начнет допрашивать ректор на шаре правды, от которого невозможно ничего скрыть, мои друзья поплатятся за мой поступок, а так… Они не будут ничего знать, а значит и не пострадают, ведь они будут не при делах.