Темный мир, или В объятьях Тьмы. 2 часть

Да, из Даары получится первоклассная Ищейка. – Довольная улыбка расцвела на его лице.

Кэйра. А эта сука давно заслужила такую участь! Давно нужно было пустить ее в расход и не нянчиться и потакать капризам. Надоела. Нет, не спорю, любовница из нее очень даже неплохая и страстная, даже инициативная, но вот амбиции и собственнические замашки стоят мне уже поперек горла. Слишком уж много она мне нервов успела помотать. Да и как любовница она меня более совсем не прельщает, а значит, она послужит мне куда продуктивнее, став Тварью, шагающей за Грань.

За этими размышлениями он как раз подошел к двери, за которой и находилась его бывшая анайя, теперь же ставшая обычной эсхой. Да уж, как быстро можно потерять все, сделав один-единственный неверный шаг. Но раз уж Кэйра его сделала, значит получит соответствующее наказание.

Утвердительно кивнув своим мыслям, Оэр взялся за ручку и двери и прошептал заклинание, отворяющее замок. Двери распахнулись, явив ему жалкое зрелище: на полу, в самом углу, сжавшись в комок, лежала женщина, покрытая синяками и ссадинами, на теле вместо платья остались лишь лохмотья, волосы грязны и спутаны так, что сбились колтунами, которые будет слишком тяжело расчесать, хотя… Это ведь теперь совершенно не имеет значения, совсем скоро она перестанет быть женщиной.

– Радуйся, – насмешливо произнес мужчина, с презрением глядя на свою бывшую любовницу, – скоро ты выйдешь из подземелья.

Кэйра вскинула голову и с недоверием посмотрела на мужчину, стоящего перед ней, во взгляде которого сквозила насмешка.

– Вы убьете меня? – по камере, в которой находилась женщина, разнесся ее тихий шепот, а голос был похож на сиплое бормотание, из-за чего складывалось ощущение, что ее горло сильно сдавили и не дают нормально говорить.

– Убью? Ну, возможно, но не сейчас. У меня для тебя имеется одно очень важное задание, которое, я надеюсь, ты выполнишь. Причем, безукоризненно! Не хотелось бы разочароваться до конца в тебе, моя дорогая. – Он говорил размеренно, следя за тем, как на лице его бывшей анайи проскальзывают всевозможные эмоции: недоверие, сомнение, осознание близкой свободы, снова недоверие, а затем и радость – робкая и трепетная, словно Кэйра боялась, что это всего лишь сон, что она до сих пор сидит тут одна, в надежде, что Оэр, наконец-то, соизволит все же прийти к ней, чтобы освободить… Чтобы простить.

– Я… – голос, звучавший до этого шепотом, теперь же и вовсе перешел на тихий сиплый хрип. – Я не подведу Вас, мой господин.