Сжигая мосты

Не успела я войти в дверь, как грозная фигура Марка уже надвигалась на меня, и я рефлекторно вжала голову в плечи.

– Где ты была? – процедил он сквозь зубы. Присутствие дочери не позволяло ему повысить голос до крика. – Мы же договорились, я опаздываю на важную встречу, а до Питера ещё добраться надо!

Теперь наступила моя очередь злиться, я и не собиралась извиняться.

– Я опоздала всего на сорок минут, это не смертельно, – я старалась говорить также тихо, чтобы не испугать Катюшку, но тон мой был буквально пропитан ядом.

 – К тому же я хорошо осведомлена о твоих «важных клиентах». Ты не видел дочь полторы недели, оправдывая это загруженностью на работе и большим количеством километров между Санкт-Петербургом и Бором, так удели ей хотя бы один день или у тебя настолько свербит в штанах, что лишние полчаса с дочерью кажутся тебе смертным грехом?

Последнюю фразу я выплюнула ему в лицо, осмелившись, наконец, взглянуть на Марка. Он был красным от гнева, что случалось довольно редко с его бледной кожей, и говорило лишь о том, что он на пределе и готов взорваться как перезрелый гранат, забрызгав меня зёрнами ярости.

Его губы были сжаты в тонкую линию, глаза сверлили меня злым взглядом, ноздри раздувались, он с шумом втягивал воздух в легкие, на мгновение я даже испугалась. После минутного, но такого напряжённого молчания он выдавил из себя:

– У меня расписан каждый час, если мы договариваемся о чём-то, будь добра выполнять условия, – процедил Марк сквозь зубы, украдкой поглядывая за угол, из-за которого выглядывала мордашка нашей дочери.

Я готова была поклясться, что, если бы не присутствие Кати, Власов придушил бы меня на месте.

Мне захотелось сказать ему, что если он так занят, пусть и вовсе не приезжает, но моя дочь не заслужила этого. Она любила Марка, сильно скучала по нему и каждый раз с нетерпением ожидала встречи с ним, поэтому я, бросив на неё взгляд, немного сменила гнев на милость.

– Я могла бы постараться, если бы и ты был честен с дочерью и рассказал ей всю правду до того, как я поменяю в паспорте свою фамилию.

Она уже знает?

Тень проскользнула по лицу Марка, он поколебался секунду, а потом произнёс:

– Нет.

– Какой же ты трус, Власов! Сваливаешь всю ответственность на меня.

Марк гневно сверкнул глазами, ему явно не нравилось ощущать себя подонком.

– Хорошо, я сделаю это в следующий раз, – процедил он и повернулся к дочери, подзывая её пальцем. Она тут же подбежала к нему и, весело хохоча, оказалась в его объятьях.