Истории у Синюшкиного колодца

А тут уж Любаша не пожалела жидкости из пузырька, почитай, всё и вылила на лицо ведьмино! Как заорала бабка, как начала по полу кружиться! За лицо руками схватилась, рычать начала да головой мотать из стороны в сторону, как заведённая.

Девчата от страха замерли: думали, что старуха в морок впасть должна, а с ней что-то страшное твориться стало!

На лице, словно маски, стали лица меняться. Да одно краше другого, да все девичьи, молодые! Ведьма орёт, надрывается, головой мечет из стороны в сторону, а лица всё меняются.

Вдруг крик страшный издала старуха и затихла. Девки смотрят во все глаза, и не верится им. На полу вместо старухи мумия иссохшая лежит, того и гляди в прах рассыплется. Все души девичьи, бабкой загубленные, перед смертью из неё вырвались; все годы, чёрным делом нажитые, из неё вытянули. Осталось на полу то, во что ведьма превратилась бы, умри она, когда годам положено было.

Как она последний вздох издала, зашипело все вокруг, стена со звездой красным огнём занялась, вспыхнула. Затряслась изба, только девчата и успели в дверь выскочить.

Разверзлась твердь под домом ведьминым, и ушёл он под землю – только яма и осталась.

Лежат девки на земле, дух перевести не могут.

– Ох, – всхлипнула Любаша, – котейку-то не спасли.

– Не реви, Люба, – сказала Татьяна. – Он нам жизнь спас, мы его помощь не забудем. Мне вот интересно, что ж в пузырьке-то было?

– Да уж, – ответила Люба, – думали, что уснёт, а оно вон как повернулось.

***

Поднялись девушки и побрели прочь от деревни этой.

Не разбирая дороги шли да и наткнулись на тропу, у которой кота когда-то встретили. Посмотрела Любаша на пень, слезу пустила – жалко белого. Да чего уж тут поделаешь?

Пошли дальше по тропе и вышли из лесу. Идут по полю к своей деревне, а позади, из леса, на них с дерева два глаза зелёных смотрят. Белый, как облако, кот сидит, довольно щурится. Зевнул сладко, соскочил с ветки да вглубь леса ушёл. Нельзя ему к людям: мало ли ещё дурёх на земле, которые по лесам да по болотам счастья быстрого и лёгкого ищут.

Как их оставишь да на кого?

Полуночница

– Ох, Олеся, страшно мне! А ну как и впрямь в зеркале Полуночницу увидишь?!

– Странная ты, Марья. Ты зачем тогда пришла сюда, если боишься? Не хочешь наперёд в судьбу свою заглянуть, так и иди домой, а то страхом своим всё испортишь! И сама не увидишь, и мне не дашь посмотреть!

Еле теплился свет от свечей через окошко старой, невесть чьей заброшенной бани. Внутри сидели две девицы.