Зверь

Где-то наверху в доме хлопнула входная дверь. Мужчина поспешил выйти из подвала и столкнулся нос к носу с Сергеем, который держал на руках жену.

– Она настойчиво просила нас вернуться в дом, – пояснил Сергей, глядя на ведьмака, – говорила, что нехорошо на душе, а потом вдруг просто потеряла сознание. Закатила глаза и упала.

– Послушай, – произнёс Клим, кладя ладонь на лоб Марии, – скорее всего, она не сможет забыть происшествия последних дней. Мне нужно будет поговорить с ней. Иначе её психика не выдержит.

У себя в доме я буду иметь возможность всё сделать правильно. Сергей молча кивнул, с опаской глядя на ящик, который Клим держал под мышкой.

– Это уже моя проблема, – коротко бросил Клим, перехватив его взгляд.

Спустя пять минут сигнализация издала звук, открыв дверцу автомобиля. Серёжа положил бесчувственную жену на заднее сиденье и поехал к дому Клима.

***

Мария открыла глаза, когда ночь на улице полностью владела территорией. Медленно она обводила взглядом комнату. Белый дым окутывал помещение.

Сознание было похоже на вязкий кисель. Медленные мысли чередовались с обрывками видений. Всплывали моменты последней недели. Мадам Элеонора, кукла, голос Васеньки, страшный взгляд медиума, полный необъяснимой злобы и ненависти, нечто, медленно завладевающее её миром… Потихоньку все ощущения в теле начали приходить в норму. В этот момент в комнату вошёл Клим.

– Думала, что это сын поселился в кукле? – тихо спросил он.

По щекам Марии потекли слёзы. Невыносимая, больная тоска заполнила всё её существо.

– Это был не он, – снова произнёс Клим, – его уже не вернёшь. Я дам тебе настой и зажгу свечи. Ровно одну минуту ты будешь видеть сына. Ты должна задать ему всего лишь один вопрос. Потом ты уснёшь, а когда проснёшься – либо утро принесёт тебе полный покой, либо ты так и будешь всю жизнь жить прошлым. Задай ему правильный вопрос!

Мужчина встал и подошёл к столу. Взяв с него кружку, он подал её Маше. Сделав пару глотков, женщина откинулась на подушку.

В голове слегка зашумело. Дым в комнате стал как будто гуще. Мерцание свечей успокаивало. Маша подняла глаза к потолку. Он словно растворялся, открывая взору ночное небо, полное множества звёзд. Веки Марии отяжелели, мысли стали необычайно лёгкими. И где-то глубоко внутри, в самом сердце, она услышала такое родное и знакомое: "Мамочка?"

***

Утром Маша тихонько вышла из комнаты. Клим сидел на кухне, рядом с ним на полу вольготно развалился Айс.