Анонс для киллера

– У директора института, – дернув себя нервно за нос, пояснил Баранец. – У нас сейчас идет ответственнейшая серия опытов, сроки поджимают, заказчики давят, а Олег Дмитриевич вдруг ни с того ни с сего срывается неизвестно куда и зачем. И что прикажете делать? А теперь и вовсе умер! – Обвиняющим тоном проговорил Константин Юрьевич.

– Ну, уж думаю, его вины здесь нет, – выразительно приподняв брови, заметила Женя.

– Да? А зачем его понесло в этот Курортный район? Сидел бы на работе, руководил лабораторией, и он был бы жив, и нам проблем меньше! – нервно воскликнул Константин Юрьевич, но тут же спохватился и смущенно заерзал от неловкости.

 – Извините. У нас с результатами не все ладится. Сложнейшие исследования, нужны новые нестандартные ходы и идеи. А я, знаете ли, гениальностью не отличаюсь. Это у нас Олег Дмитриевич был мастером находить нестандартные решения. Я простой доктор наук, способный администратор, надежный, исполнительный и в меру амбициозный. Мне такой проект не вытянуть, да я и не обещал! – кипятился Баранец.  – Какой смысл на меня давить! Нашли козла отпущения! Я им сразу сказал, ищите замену Кайданову, я не справлюсь. Ничего, ничего, работайте в обычном режиме, продолжайте работу согласно плану. А если план не работает?

Женя с интересом слушала жалобы бедолаги, стремясь разобраться в том, что сейчас происходит в НИИ.

– А почему он не работает? – робко спросила Женя, видя, что Баранец погрузился в собственные мысли и продолжать вроде бы не собирается.

– Почему? Да потому, что мы, знаете ли, не аспирин с активированным углем синтезируем, а современный лекарственный препарат, сложнейшее соединение, которое, между прочим, еще и работать должно, – обиженно встрепенулся Константин Юрьевич.

– А он не работает? – сочувственно спросила Женя.

Баранец вытаращился на нее, как на законченную дуру.

– А вы, простите, кто по специальности? Юрист или, как это называется, полицейский? – с сомнением произнес последнее слово Константин Юрьевич.

– Я журналист, филолог и в химии и фармакологии практически ничего не смылю.

Даже аспирин не синтезирую, – покаялась Женя.

– М-м. А зачем вы в полицию пошли, если вы филолог? – не пойми к чему спросил Баранец, дергая крючковатый нос. Видимо, у него выработалось что-то вроде нервного тика.

– Я не работаю в полиции, я работаю на телевидении, веду журналистские расследования, – максимально четко, почти по слогам повторила Женя то, что уже объясняла по телефону.