Божья кара

Только отвечать должен не этот кобель, – гневно проговорила доктор, – хотя, конечно, и он тоже, но главное, врач, которая, по сути, и убила Аню. А самое главное, на ее счету могут быть и другие жертвы, понимаете, все это время я много размышляла о ней, – взволнованно пояснила Ганелина, – такая расчетливая, беспринципная, бессердечная тварь в белом халате, способная за лишний червонец угробить здоровье доверившихся ей людей!

Женя почувствовала, как от доктора Ганелиной исходит волна такого мощного, едва сдерживаемого гнева, что Женю словно жаром из печи опалило.

Она даже отшатнулась от докторши.

– Вы знаете, сколько Лосева заплатила за свое «лечение»? – гневно спросила Виктория Игоревна, глядя на Женю горящими глазами, и, не дожидаясь ответа, сказала: – Двести сорок тысяч!

– Сколько? – У Жени от такой суммы даже голос охрип.

– Двести сорок тысяч, – раздельно повторила Ганелина. – Эти деньги она заплатила за то, что ее сделали инвалидом!

– А за что конкретно она заплатила такую сумму? – Жениной фантазии не хватало на оправдание столь огромной суммы.

Она таких денег в руках не держала.

– Анализы, УЗИ, уколы, – сухо, уже поостыв, проговорил Ганелина.

– Мне она тоже уколы назначила, – вдруг спохватившись, проговорила Женя, испуганно глядя на Ганелину и вспоминая размеры Аниной опухоли.

– Она?

– Я сегодня была на приеме в клинике, где наблюдалась Лосева, – пояснила Женя.

– Вы были у Васильевой? На приеме? – резко наклонилась к Жене Ганелина. – Какие назначения она вам сделала? Как назывался препарат?

– Я не знаю, – растерянно ответила Женя, вспоминая свой разговор с гинекологом Васильевой.

 – Она просто сказала, что у меня небольшое воспаление и у нее есть очень действенный, хотя и дорогой препарат. Она его сама то ли из Швеции, то ли из Швейцарии возит. И колоть его надо туда, ну, в шейку матки, что ли, – лепетала Женя, судорожно пытаясь вспомнить все, что ей говорилось на приеме. – Уколы очень дорогие. Две тысячи рублей ампула, а надо сделать как минимум десять!

– И вы согласились?

– Если честно, – на бледном, вытянутом личике Жени отразился искренний стыд, – она мне так понравилась, что я даже подумала, а вдруг это вы ошиблись или просто свалили все на другого врача.

– Знаете, Женя, можно по имени? – каким-то усталым и словно погасшим голосом проговорила Виктория Игоревна. – Все талантливые и успешные мошенники очень обаятельны, иначе бы им не доверяли, и они бы не были мошенниками.