Из Индии с любовью

Уговаривая себя не возвращаться назад, чтобы перерезать им глотки, а направить энергию на мирные цели, я накинулась на первый же попавшийся мне на дороге ствол. Он оказался подходящей толщины, к тому же дерево уже почти засохло. Дрова я никогда не рубила и топором орудовать не умею. Но в данном случае я показала себя заправским лесорубом! Пара сильных ударов, в которые я вложила всю бурлившую во мне злобу, – и вот уже ствол наполовину подрублен, затем я уперлась в него обеими руками, и через минуту он лежал на земле.

Я отпилила лохмотья коры, которыми он еще держался за пень, и осмотрелась. Рядом орудовала Вероника. Судя по энергии, с которой она накинулась на дерево, ее тоже порядком все достали. Вероника поднажала, и ее дерево тоже упало на землю. Неплохо! Два дерева за пять минут! А эти бездари, тупицы, олухи безрукие, три часа возились! Вдохновленные успехом, мы принялись за следующие деревца.

– Я им сказала, – отдуваясь, сообщила я дочери, – что отныне мы сами по себе, они сами по себе. Пусть устраиваются, как хотят! Когда я уходила, они сидели и ржали над нами, все вместе!

– И Павел?

– И Павел! Они с сестрицей – громче всех!

– Ну ладно! Они еще пожалеют! Сами приползут, когда кушать захочется! – мстительно мечтала Вероника.

– Кстати, завтра еда закончится.

– Вот тут-то и начнется самое интересное, – зловеще прошипела дочурка.

Глава 6

Когда через пятнадцать минут мы вернулись на берег, таща за собой пять срубленных деревьев, никто уже не смеялся.

Не глядя на этих париев, мы с Вероникой принялись молча отрубать от деревьев лишние ветки.

Пока мы возились в лесу, если можно так назвать островные заросли, уже совсем стемнело, и костер был очень кстати. Когда два первых дерева были приведены в нужное для строительства состояние, к нам робко подошел Денис.

– Вам помочь?

– Убирайся, предатель! – прошипела я.

– Мам, прости, я был не прав. Вы самые умные, самые лучшие, и я без вас пропаду, – скорбным голосом проскулил хитрый ребенок. – Вероник! Ну, прости, я не специально, ты же знаешь, как я тебя ценю.

Ну, это уж чересчур! Вероника бросила жердь и уставилась на брата.

– Хорошо, хорошо. Просто прости. Искуплю, отслужу, исправлюсь! – выпалил он.

– Ладно, бери нож и приступай. У меня уже спина отваливается.

Поручив перебежчику очистить от веток оставшиеся стволы, мы вытянулись на песке, аппетитно хрумкая яблоками. Еду мы предварительно поделили, положив наши продукты поближе к строившемуся навесу.