Крест великой княгини

И если что, я не я. Ясно?

– Ладно, выкладывайте, – согласился Павел.

– Ну так вот. Ольга наша – она одинокая, с мужем давно в разводе. Ей чего? Переспали и переспали, Маслов ей еще и подарок хороший подарит, чем плохо?

– Действительно. И при чем здесь Пяткин?

– Вот. При том, что он на Ольгу тоже виды имеет. Только серьезные. Он вдовец. Дочка у него, зять и внук, скоро второй родится. Квартира двухкомнатная. А у Ольги и сын, и дочка хорошо устроились, свое жилье имеют, а Ольга одна в двухкомнатной квартире осталась.

Да еще и не старая. И хозяйственная. И машина у нее есть. Вот Васильевич и стал к ней клинья подбивать. В женихи набиваться. Ольга вроде и не против, но и близко не подпускает. А тут Маслов со своими интересами. Васильевич, понятное дело, ревнует. Где ему с хозяином тягаться? Тот хоть жениться и не собирается, а все же кому приятно, чтобы с твоей женщиной так вот.

– Значит, сторож Пяткин ревновал кухарку Ольгу Львовну к Юрию Маслову, – подвел итог Павел.

– Ну да. Да и вообще. У Пяткина возраст, ему жизнь надо устраивать, а хозяин клин между ним и Ольгой вбивает. Васильевич последнее время очень злился. Даже при мне раза два хозяина похотливой скотиной обозвал. И говорил, что с удовольствием бы его кастрировал.

– Даже так? – обрадовался Паша, дивясь, до чего у пенсионеров насыщенная личная жизнь. Одной ногой на кладбище, а туда же. – Еще что-то сообщить можете?

– Еще? Нет. Больше ничего, – покачала головой Алина, и Павел отправился на кухню, велев горничной из прачечной до его ухода не высовываться.

Кухарка Ольга Львовна Строева была женщиной видной, несмотря на возраст. Не меньше пятидесяти пяти, а то, может, и поболе. Лицо гладкое, румяное, нос ровный, глаза строгие, но с улыбчивыми морщинками вокруг. Одета в голубые брюки и такую же курточку, все крахмальное, словно у медсестры в операционной. И на кухне чистота. Кухня просторная, красивая. Мебель синяя, а столешницы белые, ручки шкафчиков с финтифлюшками.

Красиво, в общем.

– Вы ко мне, молодой человек? – откладывая в сторону разделочный нож, спросила Ольга Львовна. Назвать ее кухаркой у Павла теперь бы язык не повернулся. Скорее уж повар. Да, именно. Повар.

– Да. Лейтенант Жуков, следственный отдел.

– Проходите. Садитесь, – властно распорядилась Ольга Львовна, убирая нож и споласкивая руки. – Спрашивайте, что хотели.

С Ольгой Львовной Павел решил не финтить, не тот типаж.