Детективная богадельня

Вопреки его расчету, Морби не оказалось дома, и встретивший его Линк предложил скоротать время за коньяком.

– Морби просил извиниться, ему срочно потребовалось встретиться с кем-то из своих осведомителей, но он обещал явиться к началу заседания.

Квартира, занимаемая фотографом, выглядела чистой и опрятной. По стенам в скромных, тонких рамах висели лучшие его снимки – великолепные горные пейзажи, живописные деревенские хижины, озера с солнечной или лунной дорожкой, летящие по небу стаи птиц…

Скалистые горы, где спят облака,

Где в юности ранней резвится река,

Где в поисках корма сквозь вереск густой

Птенцов перепелка ведет за собой, —

на память процитировал Финк, переходя от одного пейзажа к другому.

Книжные полки изобиловали самыми разными изданиями, журналами и даже переплетенными кустарным образом машинописными листами. На полу лежал пушистый, мягкий ковер зеленого цвета. Зеленым сукном были обиты два креслица и стоящие вдоль стены стулья. Круглый столик, на который Линк водрузил графинчик с коньяком и тарелочку с нарезанной тонкими ломтиками бужениной и сыром, был крохотным, почти дамским.

Но он прекрасно гармонировал со всей окружающей обстановкой, отчего инспектору подумалось, что фотограф въехал в полностью меблированные комнаты, не перевозя сюда собственную мебель, ограничившись книгами, фотографическим оборудованием и фотоархивом.

Финк подошел к окну и увидел Дороти. Толстушка что-то убежденно доказывала доктору Спайсу, в то время как тот лишь терпеливо выслушивал ее речи.

В какой-то момент она раскрыла сумочку и, достав оттуда один за другим три флакончика, протянула их бывшему медику. Финк не мог слышать, о чем они говорили из-за толстых стекол, зато прекрасно разглядел приметную желтую этикетку с черепом и костями.

Если это действительно был яд, наверное, следовало уже присмотреться к сумасшедшей дамочке, пока она не потравила всю честную компанию.

– Литературное чтение – это, конечно, не расследование, но, когда докладчик закончит свою часть, можно высказываться, кто-то будет говорить о стиле и композиции, но лично я в этом не смыслю, бормотал себе под нос Спайс.

 – Другое дело, когда писатель допускает ошибку по нашему – сыскному делу. Первым обычно такие промахи подмечает Морби. Но и я, грешным делом, несколько раз сумел подметить несоответствие.

Крофтс давно уже закончил свою повесть, если меня не подводит память, он собирался читать ее еще в январе, но заболел.