Детективная богадельня

Ух, каким ты стал! А был-то, а был… как вспомню… и… Кто бы мог подумать! Ну да ладно… Что стряслось? Понадобился, выходит, старик Морби, ну проходи же, садись. Одно плохо, много времени уделить не могу, м-да… На весь вечер отозван в детективный клуб и обязан быть, так что излагай быстрее. Судя по газетам, дела нынче всё больше рутина, потому и полиция в последнее время ко мне нечасто обращается. Выпьешь что-нибудь?

– А обращаются? – Финк беспомощно протянул корзину с припасами. И Морби тут же передал ее услужливой Молли.

– Что же, коньяк всегда кстати, – бывший главный инспектор подмигнул гостю. – Обращаются, еще как обращаются, вот только, судя по твоей реакции, после особенно не распространяются о моих консультациях. Да уж, воспитал, понимаешь ли, смену… М-да… Впрочем, я не в претензии. Ну, ладно, так как я спешу, у нас всего полчаса. Излагай по порядку, а Молли пока что принесет бокалы и порежет… – он заглянул в корзинку, с наслаждением втягивая аромат еще теплого пирога, – из кафе возле нашего участка?

– Так точно, сэр.

– Без сэров, без сэров. И не стесняйся моей помощницы, кстати, вы не знакомы? Молли Стоун, проходила по одному незначительному делу свидетельницей, а теперь служит у меня секретарем. Незаменимый работник, всю картотеку как свою корзинку для рукоделия знает. Давай. Рассказывай, что приключилось, а я, так и быть, покажу тебе систему Морби в действии. Для скорости действуем по отработанной схеме: Молли, возьми бумагу и начинай стенографировать.

Сначала, сынок, в двух словах самую суть дела.

– Речь о краже картины Ватто в особняке коллекционера Турно.

– А, да-да, припоминаю. Пять дней назад украдена картина и найден труп слуги. Продолжай.

– Ночью с 25 на 26 мая неизвестный проник в особняк на улице Риджен и…

– В какое время, предположительно, этот молодчик пробрался в дом уважаемого семейства?

– Как показывают свидетели, около половины первого. Без пятнадцати час начался пожар.

– Понятно. Как злоумышленник пробрался в дом?

– В том-то и закавыка, что он должен был пройти через вход для слуг, на дорожке остались следы, и, кроме того, он сломал ветку шиповника.

«Любовь как роза, роза красная, / Цветет в моем саду. / Любовь моя как песенка, / С которой в путь иду», – Финк подмигнул Морби, мол, cherchez la femme – ищите женщину, но тот лишь нахмурился, словно услышал не стихи гениального Бернса, а какой-то неприятный звук вроде скрипа железа по стеклу.