Детективная богадельня

 – Я даже в какой-то степени благодарен Сусанне, или, как там ее на самом деле. Сделаю из нее какого-нибудь персонажа, что ли… Разумеется, ничего из вашей истории пересказывать не стану. Нужно будет просто придумать для нее подходящую историю, чтобы она проявилась там во всем блеске.

* * *

ЧЕРЕЗ НЕДЕЛЮ СОСТОЯЛОСЬ последнее в сезоне заседание клуба детективщиков, так как на лето, когда жизнь в Лондоне делалась невыносимой из-за жары, все разъезжались кто куда. Конан Дойл отправлялся в очередное турне, его ждали читатели и любители столоверчения и вызова духов, Агата планировала поехать с дочкой и мужем на море.

Бедняжка недавно потеряла мать и никак не могла смириться с потерей, так что смена обстановки была ей на пользу. Честертона ждали друзья на Лазурном берегу Франции. В общем, кто куда.

Прощальный вечер в клубе было решено украсить небольшим праздником, на котором будут поданы горячие блюда и алкогольные напитки. Должно быть, Морби убедил миссис Смит устроить праздник, который последует сразу же после чтения Крофтсом давно обещанной повести.

Несмотря на то, что сообщение, которое сделал в прошлый четверг бывший старший инспектор полиции, было сверхважным, совестливый Морби считал, что несправедливо обошелся с Крофтсом, и теперь ему хотелось как-нибудь загладить свою вину.

О готовящемся празднике Морби предупредил Финка телефонным звонком, но, к сожалению, именно в этот день инспектор наконец задержал Красавчика и был вынужден, позабыв о развлечениях, допрашивать его по горячим следам.

Оказалось, что известный домушник и донжуан на этот раз очаровал хозяйскую дочку, которая не только помогла ему проникнуть в дом, но и подсказала адрес покупателя. Картина была возвращена, а вот Финк не смог посетить последний день работы клуба даже с опозданием.

В пятницу он позвонил в особняк и, договорившись с Морби, нанес тому визит. Окончание сезона действовало на бывшего старшего инспектора удручающе.

На словах он еще хорохорился, тяжко вздыхая и через слово сетуя на то, как тяжело ему давались последние деньки и как он хотел бы просто поскучать с газетой в руках и бренди в бокале. Но Финк прекрасно видел: больше всего на свете его бывший начальник боится как раз этого свободного времени.

Пока мужчины разговаривали и пили коньяк, Молли что-то печатала в соседней комнате, должно быть, не желая мешать разговору стрекотней своего «ундервуда».