Последний рыцарь Тулузы

Четверо невзрачно одетых мужчин, дама в мантилье и мальчишка лет шести в шерстяном плаще с увесистой серебряной цепью на груди. Кто они – эти люди? Враги или друзья? Они могли быть заказчиками учителя или случайно сбившимися с дороги гостями властелина этих мест благородного инфанта Фуа Раймона Роже. А значит, их следовало пропустить. С другой стороны – все шестеро могли быть шпионами, присланными с целью погубить учителя и школу.

Мальчишку я не исключал, так как сам сделался учеником де Савера в этом возрасте, а в десять лет в Тулузе ко мне уже приклеилось прозвище Черный Лис, и за мою голову было положено вознаграждение достойное тройного убийцы и поджигателя.

Когда путники приблизились к моему убежищу на столько, что я сумел различить, о чем они говорили, я понял, что дама и ее сын были пленниками подозрительной четверки.

Я освирепел! Ученикам школы мессена де Савер равно как и орудующим по соседству конкурентам, под страхом немедленной смерти, запрещалось нападать на людей близ его владений.

Все мы свято чтили это правило, так как никто не хотел, чтобы по этим следам до нас добрались лучники. Но эти четверо – были еще и чужаками, которые по неосмотрительности или злой воле могли навести на школу гнев властей.

Не меняя положения тела, я выпустил одну за другой три стрелы, сразив трех разбойников, четвертый встретился с моим ножом, который я метнул ему в горло. После чего я вышел из своего убежища, желая успокоить даму.

Из сбивчивого рассказа госпожи, я понял, что они гости Раймона Роже, которые были перехвачены разбойниками, во время прогулки около ворот замка. Посочувствовав даме, я взял подусты ее лошадь, и, рассказывая глупые истории о рыцарях и дамах, которых знал предостаточно, вывел их на дорогу.

Когда до замка де Фуа оставалось рукой подать, я раскланялся с благородной сеньорой, ссылаясь на массу неотложных дел и скорбя о том, что не смогу проводить их хотя бы до ворот и получить заслуженную награду из рук достославного хозяина этих мест.

Дело в том, что Раймон Роже, хоть и являлся хорошим трубадуром, больше известным под именем Раймон Друт и галантным рыцарем прекрасных дам, но имел отличную зрительную память и весьма крутой нрав, и казнил бы меня без суда и следствия, окажись я в его власти. Поэтому я быстро нырнул в лес, и только меня и видели.