Святы и прокляты

 – Я лично каждодневно буду прочитывать ваш труд и удалять или просить переписать неудачные места, – он слабо улыбнулся. – Я не спрашиваю, господа, хотите ли вы заниматься этим великим делом, умеете ли писать летописи… Кстати, выгляните на досуге в окно – сухой ров, с такой высоты можно костей не собрать… М-да…

– Да, чуть не забыл, – он лениво поднялся, улыбаясь каким-то своим мыслям. – Если мне доложат, что вместо работы вы тут лодыря гоняете, если я увижу, что летопись не двигается, вас перестанут кормить. Вы, безусловно, можете ругать меня последними словами, но мой вам совет: если желаете пользоваться моим гостеприимством, то приступайте к работе.

Счастливо оставаться, господа, и не вздумайте обижать этих славных детей! Вряд ли без них вам удастся записать свои воспоминания…

Глава 5. Летопись

– С чего начать?.. Вот ведь незадача, все умные слова подевались куда-то, – Вальтер фон дер Фогельвейде взъерошил свои темные, висящие сосульками волосы, удивленно переводя взгляд с Анны на Константина, словно видел их впервые.

 – Я был юн и неопытен, когда отец приказал мне служить дьяволу.

При упоминании имени нечистого Анна вскочила с места, но Вальтер удержал ее за длинный рукав. Константин застыл с открытым ртом, словно превратился в соляной столб.

– Дьяволом прозвали нашего господина, да. Как его только не честили, как не оскорбляли! И его милость, и его матушку – незабвенную королеву Констанцию[13 - Констанция (1154–1198) – дочь Рожера II, короля Сицилии, из династии Отвилей.

Жена императора Генриха VI Гогенштауфена. Мать императора Фридриха II. В качестве жены Генриха VI – королева Италии с 1186 года, королева Германии с 1190 года, императрица Священной Римской империи с 1191 года. Королева Сицилийского королевства с 1194 года.]. А все отчего, я вас спрашиваю? Говорят же: не быть дыму без огня… А вот оттого, что покойница зачала Фридриха, когда ей было за сорок. И все время, пока она ходила с пузом, только ленивый над ней не потешался. Смеялись: мол, подушку под платьем носит. Что никакого наследника в таком возрасте родить невозможно. Как будто бы крестьянки поздно не рожают! Но то крестьянки – материя грубая. А чтобы благородная донна? Чтобы королева? Такого, мол, еще не бывало.

– Но ведь супруга Авраама Сара родила, будучи старухой? – перебила рассказчика Анна.

– Сара не была королевой, – немедленно парировал оруженосец. – Понятное дело, королеве обидно такое слышать. Она исполняет свой долг перед мужем, перед державой.