Тюремная песнь королевы

Все вели себя вполне благоразумно и спокойно, так что у стороннего наблюдателя могло сложиться впечатление, что это самый обыкновенный и заурядный вечерок, который королева и ее подруги проводят в своих обычных занятиях.

Как это и было принято при французском дворе – спать ложились в шесть часов вечера. Перед сном Энгебурга помылась, после чего ее умастили и вновь одели в расшитую кружевами свадебную рубашку. Она легла в постель и пролежала до самого утра в ожидании Филиппа Августа, глотая слезы обиды и понимая, что ничего уже нельзя исправить.

На утро королева Франции Энгебурга и ее придворные дамы были в спешном порядке посажены в те же кареты, в которых они прибыли из Дании. Из-за невиданной в королевстве скорости смены событий почти все вещи и приданое Энгебурги и вещи ее служанок так и остались не распакованными и отправились назад вместе с хозяйками. Единственная новая вещь, которую от Энгебурги не отобрал сам король и не решились сделать его слуги, была корона Франции!

Глава 11

Ссылка

Не зная, куда они едут и что их ждет, дамы смотрели на дорогу, пытаясь предсказать свою судьбу.

Энгебурга сидела молча, теребя массивный перстень, который надел ей на палец во время венчания Филипп Август.

Никто не догадался вызвать во дворец переводчика, который мог бы растолковать монаршую волю несчастной королеве и передать ее оправдания королю. Что же касается послов, привезших Энгебургу во Францию, то сразу же после коронации они были взяты под стражу и теперь ожидали суда и казни.

Половина ехавших с королевой фрейлин была уверена, что король отсылает Энгебургу в Данию к брату, в то время как вторая половина возражала, считая, что их отправляют в какой-нибудь отдаленный замок, где они будут жить под строгим надзором, точно пойманные на злых делах преступницы.

И те и другие вздохнули с облегчением, когда дорога повернула к богатому монастырю, чьи серебряные кресты светились на безоблачном небе подобно звездам.

Одни были рады этому уже потому, что скорый на расправу король Канут мог бы обвинить их в том, что они никак не помогли своей госпоже. Остальные были довольны тем, что в монастыре они смогут спокойно жить, моля Бога за свою несчастную королеву. В сущности, монастырь, он же все одно во Франции, а не где-нибудь, а значит, король волен в любой момент послать сюда отряд за своей супругой или даже явиться сам. А значит – еще не все потеряно.