На изнанке чудес

А белый Кекс разразился визгливым лаем, который вывел Обормота из себя. Кот зашипел на пса, Юлиана запрыгала на одной ноге – и на этом инцидент благополучно исчерпался. Из кухни, размахивая поварешкой, выбежала Пелагея.

– Ах ты, ну ты! – всплеснула руками она и спустила кота с небес на землю. Вернее, с полки на пол. – Обормотище, знай своё место, – приказала она. И устремилась к Юлиане с распростертыми объятиями.

Юлиана увидала ее запачканный передник, потом взглянула на свой чистенький походный костюм – и чудом увернулась от горячих приветствий.

– Какими судьбами?! – воскликнула Пелагея. – Не представляешь, как я соскучилась!

– А уж я-то! – усмехнулась Юлиана. – Но перейдем к делу. Где тут любитель всех спасать? А ну, выходи!

Из-за парапета на крыше тайной комнаты показалась рыжая взъерошенная голова в знакомом венке. Киприан как раз заканчивал десятое отжимание, чтобы перейти к приседаниям.

Если ты недавно был клёном, а потом вдруг решил стать героем, поддерживать форму твоя святая обязанность.

Потому как на деревянных ногах далеко не уйдешь. И уж тем более не убежишь.

– Пришла? – отдуваясь, крикнул Киприан. – Рад тебя видеть!

– Ага. Как же, рад он, – сказала Юлиана и вынула из кармана юбки миниатюрный пульт управления. – Вот оно, чудо техники! Встречайте: моя кровать!

Как только она нажала на кнопку, в дверной проем медленно, по-хозяйски вплыла громоздкая конструкция на нескольких винтах-пропеллерах. Она жужжала, как пчёлы на знойном лугу, и приводила воздух в движение, как настоящий вентилятор.

За кроватью в сени робко проплыл прикроватный столик. На нем, зажатый между стопками пластинок, высился граммофон.

– Ну как? Впечатляет? – поинтересовалась Юлиана. – Наши изобретатели постарались. А у вас, в Вааратоне, есть прогресс?

– Прогресс-то, конечно, есть, – сказала Пелагея. – Еще какой, сумасшедший. Но я его к себе не пускаю. Натворит он бед – не исправить.

– Ты безнадежно устарела, – заявила ей Юлиана и проследовала в гостиную, ведя за собой кровать и столик, точно собачонок на поводке.

Уж Кекс с Пирогом такого к себе отношения точно бы не потерпели.

– Теперь у нас будет весело, – предрёк Киприан. Он осилил сотню приседаний и спустился по винтовой лестнице без опасений испачкаться краской. За ночь лестница высохла окончательно.

– Весело – не то слово! – подмигнула Юлиана и встала на цыпочки, чтобы дотянуться до прикроватного столика. Выбрав пластинку наугад, опустила иглу граммофона – и заиграл старый вальс.