На изнанке чудес

Может, им всё-таки светит по крошечной медали.

– Только вот еще что. – Юлиана со значением подняла указательный палец. – Отпуск я взяла всего на месяц. Нам ведь хватит месяца, чтобы всё тут утрясти?

Пелагея с Киприаном озадаченно переглянулись. Они даже не знали, с чего начать. Заявиться к Грандиозу в поместье и сказать: «Дяденька, сворачивай свои грязные делишки»?

В лучшем случае он рассмеется в лицо, в худшем – порешит, если верить слухам. Да и вообще, никто их в поместье не пустит. У великого певца на каждом углу охрана.

Да не простая – вооруженная. С такой лучше шутки не шутить.

Юлиана взглянула на растерянную Пелагею. Перевела взгляд на Киприана, который хмурил брови, подперев щеку кулаком. И поняла, что дело труба.

– Э, нет. Так вы ничего не надумаете. Вот я сейчас помоюсь с дороги, приведу себя в порядок – и сразу выдам вам сотню идей. Где тут у тебя идейное место? – осведомилась она у Пелагеи.

– А? Чего? – вздрогнула та.

– Ванная, говорю!

Дверь в «идейное место» была размалёвана рукой художника-неумехи.

По всей видимости, он хотел изобразить березы, но вышло что-то невразумительно-пятнистое с зелеными кляксами поверху.

Юлиана заперлась в ванной, долго плескалась в бассейне с горячими камнями и во всю глотку распевала куплеты любимой песни. Услыхав, как она поёт, Киприан вернулся к реальности.

– Ну и зачем нам, спрашивается, Грандиоз, когда можно каждый день такие концерты слушать? – рассмеялся он.

4. Концерт Грандиоза

Семейство Грандиоза обедало в зале, обставленном со вкусом и блеском.

Блестели люстры, блестел добросовестно начищенный пол. Блестели серебряные вилки и ножи. Только лица присутствующих почему-то хмурились, словно вот-вот зарядит беспросветный дождь.

Гедеону после вчерашней ссоры кусок не лез в горло. А когда официант поднёс на тарелке ненавистные голубцы, настроение вообще упало ниже цокольного этажа.

Отец у Гедеона велик и могуч, прямо как утёс на берегу моря. Любое слово поперёк – и ты попадаешь в немилость. Как вчера, например.

Гедеон выразил желание отправиться с охотниками в леса, а Грандиоз ответил, что с такой кислой физиономией он распугает всё зверьё, и посоветовал поиграть на скрипке.

Гедеон покорно взялся за скрипку, но и тут отец заявил, что от такой кислой игры у него, видите ли, вянут уши. Гедеон вспылил и не в самых пристойных выражениях выложил всё, что думает. В частности, посоветовал успокоить нервы у психиатра.

Грандиоз не растерялся и надавил на больную мозоль.