11 дней изменят всё

Надеюсь, последнее, и больше его не встречу. Впрочем, в ближайшую неделю выходить за порог я не собиралась. Да и вообще, вряд ли мне настолько не повезет дважды. Учитывая его безумный график и мое домоседство – крайне маловероятно, что мы пересечемся в следующие одиннадцать дней.

Возможно, Демьян выглядел таким уставшим, потому что болен?..

Нет! Не думать! Об этом я не буду думать!

Залпом допила пиво. Смяла алюминиевую банку и в остервенении отбросила в сторону.

Я видела таймер отсчета смерти, но привыкнуть к подобному за столько лет так и не смогла.

Знала, сколько каждому осталось жить на этом свете. Каждому, кто попадался мне на глаза и при этом оказывался рядом, лицом ко мне… Вернее грудью, ибо отсчет оставшегося времени жизни высвечивался в области сердца.

Фильмы, к счастью, я могла смотреть безбоязненно, как и наблюдать за прохожими с двадцать пятого этажа. Продолжительность жизни всяких кошечек, собачек и гусениц тоже не могла лицезреть.

Кто-то, обладая подобным даром, возомнил бы себя избранным, благодарил бы Всевышнего за сверхъестественные способности, я же считала, что меня прокляли.

Знать, когда умрут твои родственники, друзья, знакомые… и быть не в силах ничего изменить – это проклятие!

Дважды я пыталась исправить судьбу.

Первый раз, когда увидела, что моей единственной любимой бабушке осталось жить четыре месяца. Тогда я настояла, чтобы она прошла всестороннее обследование… и бабушка умерла на операционном столе. В тот самый день.

Я ничего не изменила, но превратила последние дни бабушки в ад и даже не успела с ней попрощаться.

Ведь до последнего надеялась на чудо…

Второй раз это оказалась незнакомка. Женщина средних лет шла с тяжелыми сумками из магазина. Таймер ее жизни отсчитывал последние мгновения. Я попыталась поговорить с ней, предупредить… но та приняла меня за сумасшедшую. И женщину сбила машина. Случайность. Я задержала ее перед пешеходным переходом. Она отвлеклась на меня и не заметила, что уже загорелся красный.

Все в этой жизни предопределено. Я никого не могу спасти, помочь, изменить ход вещей. Если человек должен скоро умереть, то его судьбу не переписать. Так что я поклялась себе больше не вмешиваться. Выстроила стену, оттолкнула от себя всех. Единственный человек, с кем я регулярно общалась и даже приглашала в гости – дядя, младший брат моего отца. Но ему судьба отмерила еще пятьдесят четыре года жизни. Для мужчины, которому нет и сорока, более чем приличный срок.