Проклятие на удачу

 – Сейчас не проверишься, а там кость сломана, воспаление образуется и инфекцию в кровь пустит. Мышцы начнут разлагаться, волосы выпадать, кому ты такая нужна будешь! – я слушала ее, в красках представляя вышеописанную картину моей прискорбной участи. На лицах окружающих читалось то же самое выражение. Они на всякий случай уже начали отходить подальше, дабы предотвратить попадание на них трупного яда, который вот-вот, по заверениям подруги, должен был просочиться через мою начинающую загнивать плоть.

– А вы чего стоите? Лучше бы помогли ей дойти до знахаря! Она вон, смотрите, разогнуться не может – все одно, что бабка старая! – Анника впихнула меня в холеные нежные руки блондина и брюнета, которых я должна была устранить по плану.

Ошеломленные, но не посмевшие отказать в помощи хиреющей прямо на глазах юной деве, они взяли меня под локти и маленькими шагами повели с площади. Напарница же осталась театрально рыдать на шее своей будущей жертвы и ее сконфуженных необычной ситуацией подруг, причитая о скорой неминуемой смерти зашибленной кривоногим злодеем Лолочки.

Я, постанывая от боли, которая была очень даже реальна, ковыляла по главной улице. Мои проводники шли молча и поочередно раздраженно вздыхали, жаждая как можно скорее избавиться от навязанного груза.

Светило медицины, призванный на подмогу, как только первая капля крови из разбитого носа упала на помост, резво шагал нам навстречу, допустить которой было нельзя. Второго шанса избавиться от молодых людей могло не представиться. У обочины слева приветственно помахал на ветру потрепанной веткой-рукой знакомый куст жасмина.

Знахарь приближался.

– А давайте поиграем в прятки! – я кривым подскоком улетучилась из участливых к чужому горю рук, переместив свое и без того скрюченное тело в ненавистный лозняк. Парни в недоумении переглянулись, вероятно подумав, что удар сильнее пришелся на голову, чем на поясницу. Оставалось лишь подыграть их мысли, выгадывая время. Да и точного представления о том, как удерживать этих двоих рядом с собой до заката, у меня все равно не было.

Спасти положение могла только импровизация.

– Ку-ку… – сморозила я из кустов первое, что пришло на ум. Врачеватель с традиционной для его занятия торбой в руках с вышитым красным крестиком подошел критически близко. Надо было отвлечь внимание моих спутников от его персоны.

– Вы Лола, верно? – обратился ко мне блондин. – Идемте, Лола, вам что-то совсем плохо становится.

– Я перстень потеряла, – соврала я, – только что.