Под знаком огня

Дико устав за перегруженный событиями день, я еле дождалась, когда уйдет последний гость и сразу поднялась в свою комнату, рухнув на кровать прямо в одежде.

Глава 3. Человек в тумане.

Утром, как и договаривались, я поджидала следователя у ворот дворца, куда пришла вместе с госпожой Тайанэль. Сюда же стеклись горожане, чтобы отдать поклон чести и отправить в последний путь правителя Эйтаху. Замечая меня, они пихались локтями с удвоенной силой и намеренно топтались по моим ногам так, что мне искренне хотелось пригрозить тесаком, который я утром, на всякий непредвиденный случай, примотала к бедру ремешком.

Внутрь двора практически никого не пускали – лишь самых почитаемых персон. Был среди них и мой недавний знакомый – граф Арестар. Я затесалась в толпу, чтобы не привлекать его внимание, хотя вряд ли он проявил бы его под всеобщими взглядами. Не удостоенные чести присутствовать на похоронах лично, глазели на действо с улицы, как и я. Церемония проходила на взлетной площадке. Оттуда доносилась печальная симфония звуков, из сплетающихся воедино мелодий скрипок и флейт, прерываемая резкими порывами ветра.

Минут через двадцать они стихли, и вспыхнул гигантский костер.

– Это надолго, – наклонясь к моему уху, прошептала госпожа Тайанэль и, подобрав подол черного платья, принялась уверенно пробиваться сквозь толпу. Впрочем, вслед за ней цепочкой потекли на выход с придворцовой площади многие.

Зевак можно было пересчитать по пальцам, когда двери дворца распахнулись. Из-за них появилась толпа, возглавляемая Гэбриэлом.

Он величественно и скорбно нес в руках сосуд, направляясь в сторону фамильного склепа. В первых рядах его сопровождал советник, женщина, вполне могущая оказаться матерью Гэбриэла, и молодой человек, похоже тоже принадлежащий к правящему семейству. Остальные шли чуть позади. Я не заметила среди них Градимира.

Прошло еще какое-то время прежде, чем из сада появился знакомый силуэт следователя. Прочих, присутствовавших на похоронах, почему–то не было.

Наверное, остались на поминальное застолье. Если, конечно, оно здесь принято. Градимир заприметил меня издалека и его, уже привычно-хмурый, вид немного прояснился. Он шел в сопровождении высокого и широкого, экипированного в блестящие латы, мужчины. Металлические детали его обмундирования соединялись вязью пластин по принципу кольчуги так, что подобраться к туловищу казалось просто невозможным. Исполин имел при себе кинжалы, которых я насчитала не менее десяти.