Пламя Феникса

Наставник всегда был поблизости: ведь только так Роши наполнялся жизненной силой.

Подойдя к кабинету, Лали остановилась: оттуда раздавались громкие и возмущенные голоса. Виктор был сам не свой – и понятно почему. Юви не позволила расправиться с демоном на месте и, что еще хуже, назвала своим гостем. Такого Виктор вынести не мог, о чем сейчас ревел на весь дворец.

– Лучше держать врагов при себе, – рассудительно ответила Юви. Звонкий голос вылетел сквозь приоткрытую дверь. Лали подкралась ближе. – Мы не знаем, зачем Октавиан явился и на что способен, но должны выяснить.

Мы с тобой, Виктор, представляем, на что способны, а вот врага следует изучить внимательнее.

– Да все я прекрасно знаю! Он пришел за тобой, разве ты не понимаешь? Я думал, все в прошлом…

– Виктор, уймись. У нас и без того полно забот.

– Что может быть важнее!

– Например, судьба королевства.

В тишине зашуршала дорогая ткань.

– Тебе пора объявить наследника. Им мог бы стать…

– Мы это уже обсуждали! И я довольно ясно высказался.

Еще никогда Лали не слышала, чтобы Виктор говорил со своей любимой Юви таким тоном.

– Тем более, что я уже отправил письмо, и фениксы скоро будут здесь.

– Не спросив у меня? Я же просила тебя повременить! И ты даже не поинтересуешься, чего хочет сама Лалибэй? Просто политический союз – и ничего больше? Не позволишь ей испытать ту любовь, что есть у нас, Виктор?

Тишина наполнилась свинцовой тяжестью. Лали съежилась. Она не могла поверить, что это говорят о ней, а Юви заступается за нее.

Лали всегда была готова сделать так, как ей велел бы Виктор. Но фениксы? Неужели он хотел отослать ее? Лалибэй не чувствовала ног. Ей нужно убежать отсюда и не слушать, а она не могла.

– Она единственная, кто справится с этой ролью. Мы должны укрепить наши позиции и подарить Мартиму королевское дитя…

Тут Лали не выдержала и влетела в кабинет. Гнев затмевал разум. Какие еще дети? О чем он говорит?

– Виктор! – вспыхнула она, разъяренная и растрепанная. – Брат…

Встретившись с его каменным взглядом, она осеклась и склонила голову.

– То есть… Ваше Величество, простите.

Почему брат всегда так на нее действовал? Она не могла вымолвить ни единого слова протеста в его присутствии.

– Лалибэй? – раздался голос Виктора. – Что ты здесь делаешь? Я просил тебя уехать домой.

Да, ей следовало уехать, спрятаться в пещерку особняка и дальше улыбаться, будто ничего не происходит. Вот только она нутром чуяла, что все идет под откос.