По дорожке в рай. Зарисовки о жизни детей-инвалидов и о православной вере

Те из мам, которые могут оторваться от своих чад, идут мыть. Тут Господь приоткрывает другую картину: на кухне послушницы, как пчелки, каждая выполняя свое дело, двигаются по определенной траектории. У каждой свои определенные функции, никаких разговоров.

Мамы присоединяются к послушницам и тщательно перемывают всю нашу посуду. Вдруг Таня как закричит: «Ой, Юля, я тарелку разбила! Что же делать?»

Я и сама не знаю, что делать, хотя и пытаюсь найти того, кому об этом доложить, но так и не нахожу. Ведь послушницы, как пчелки, двигаются по своей траектории и не разговаривают.

Ваня совсем сник, прорыдав всю трапезу. Стали одеваться и выходить, унося с собой на память о шамординском гостеприимстве три огромных пакета яблок.

Те, кто не успел побывать в Казанском соборе, отправляются туда. Те, кто хотел в лавку, идут в лавку. Бутылки с водой все давно перемешались. Где чьи – не разобрать. Заходим и мы с Фросей и Тихоном наконец-то в храм приложиться к изумительным иконам, вышитым бисером сестрами обители.

И тут вбегает Настя в собор: «Сейчас нас к мощам матушки Софии отведут! Юля, собирай всех!»

«Ничего себе, – думаю, – ну и Настя!» В прошлый раз, когда мы были в Шамордино с воспитательницей Людмилой Ивановной и Галиной Михайловной из водолечебницы, нас и то не отвели к мощам игуменьи Софии. А тут сами по себе приехали, и чудо такое! Ведь мощи находятся в соборе за алтарем, и попасть туда почти невозможно.

Игуменья София Болотова была первой настоятельницей зарождающейся шамординской обители, положившей много сил и здоровья на ее основание и процветание.

Поэтому здесь ее очень почитают. Судьба ее удивительна. Недолго в миру ей удалось побыть в счастливом браке: муж скончался, не успев увидеть родившуюся у них дочку. Став через некоторое время духовной дочерью старца Амвросия из Оптиной пустыни, она была им выдана замуж за пожилого болящего помещика, за которым ей пришлось ухаживать. После его смерти она перепоручила свою девятилетнюю дочь на воспитание крестной матери, а сама поступила в женскую общину в Шамордино, где вскоре и приняла монашеский постриг и стала игуменьей этого монастыря.

Вот к ее-то мощам за алтарем и добилась попасть наша Настя. Собираемся в храме кучкой, приходит монахиня и ведет нас за алтарь, прося обязательно всех разуться, так как там везде постелены ковры. Но у Вовы такие знатные ортопедические ботинки, зашнурованные до колен, что разуть его нет совершенно никакой возможности.