Планета на двоих

– Хорошо… Но, если ты сюда зайдёшь – тебе конец… – с некоторым напряжением, превозмогая остатки действия препарата, пригрозила Юна, устраиваясь на койке.

– Увидимся… – улыбнулся Иро, удовлетворённый ответом землянки, и покинул её.

* * *

Двери неожиданно открылись. Юна перестала рассматривать комнату, которая была, в её представлении, больше похожа на каюту морского круизного лайнера. Стены и вся обстановка выглядели по-медицински белоснежными и до тошноты стерильными.

В проёме появилась гайданианка в светло-жёлтом медицинском костюме, которая была очень похожа на Иро, тоже без волос, но выглядела более утончённо, и даже, наверно, в какой-то степени красиво, несмотря на такие же пугающее чёрные глаза.

– Здравствуй, Юна! Я – Зара. Могу войти? – Вежливо поинтересовалась она.

– Вы меня насильно сюда привезли, поэтому не обязательно спрашивать разрешения… – ответила Юна, усмехнувшись.

– Такова формальность… – улыбнулась Зара – Пообщаемся?

– А у меня есть выбор? – С вызовом выпалила девушка.

– Мне жаль, что так получилось… Ты не голодна?

– Да, я бы поела… – Юна внезапно ощутила приступ голода, ведь позавтракать дома она не успела по известным причинам.

– Хорошо, сейчас что-нибудь закажу, а пока давай поговорим…

Зара взяла в руки смартфон, такой же, как у Иро, что-то произнесла на своём языке и начала беседу.

Она спрашивала у Юны про её далеких предков, о которых та не имела понятия, так как сама никогда не интересовалась своей родословной. Потом ей были заданы вопросы, связанные с её здоровьем.

Затем Заре хотелось знать, как и где прошло детство землянки, чем занимается сейчас, и что думает о намерении гайданиан обосноваться на Земле.

– Как по мне, это очень здорово. Вы далеко впереди нас и можете многому научить, но я лично знаю людей, которые не в восторге от происходящего, они и другие расы не любят, поэтому вряд ли смогут смириться с тем фактом, что теперь по улицам их города будут ходить инопланетяне… С другой стороны – это старый добрый расизм.

Человечество живёт с этой болезнью с самого рождения и от того, что появится ещё одна группа, которую можно ненавидеть, ничего не поменяется, так как толерантность сейчас на пике моды, и на одного расиста найдётся сотни тех, кто будет его осуждать… – рассуждала Юна, с удовольствием поедая обед, который состоял из блюда, напоминавшего куриный суп, с овощами наподобие картошки, а также чего-то в форме бруска, который девушка прозвала хлебом.